Мы любим обсуждать идеологию, как будто это инструмент, который можно достать из ящика, немного подкрутить и применить к стране. Вот и коллега Александр Семенов подготовил обстоятельный доклад, который полезно изучить. Но, как мне видится, проблема в том, что государство не строится из идеологий, она появляется тогда, когда государство уже существует и когда политическая борьба требует объяснений, лозунгов и самоописания. Идеология не создает государство. Она лишь пытается его объяснить, оправдать или дисциплинировать.

Российская привычка искать «правильную идеологию» каждый раз возникает в моменты растерянности элит. Когда не очень понятно, куда идти, начинают искать текст, который всё объяснит. Желательно один. И желательно окончательный.
Но это старый рефлекс прошлого века, когда идеологии действительно пытались объяснить мир целиком. Либерализм, коммунизм, фашизм. Каждая из них обещала универсальную карту будущего. В результате они чаще всего требовали переделывать реальность под заранее написанную схему.
Россия этот опыт пережила особенно полно.

Поэтому в Конституции России и появилась одна очень важная норма. Государственная идеология запрещена.
Это не случайность и не либеральная оговорка девяностых. Это элементарная политическая гигиена. Государство не должно иметь единственно верного учения. У него должна быть политика. Политика вообще устроена иначе, чем идеология. Идеология объясняет. Политика решает. Это пространство интересов, конфликтов, переговоров и временных решений. Там нет окончательных истин. Там есть баланс сил и конкуренция проектов.
Поэтому разговор о «новой идеологии для России» звучит немного архаично. Как будто мы снова пытаемся вернуться в век больших доктрин.

Новое время устроено иначе.
Сегодня работают не идеологии, а идеи. Разница есть и она важная. Идеология стремится быть окончательной. Она хочет объяснить всё сразу и навсегда. Идея живет скромнее. Она решает конкретную задачу. Сегодня работает, завтра уступает место другой. Современная политика как раз и состоит из таких идей. Их много. Они конкурируют. Иногда соединяются в неожиданные комбинации. Поэтому будущее не за системами, которые претендуют объяснить мир целиком. Будущее за государствами, которые умеют удерживать пространство политики. Сильное государство не навязывает обществу идеологию. Оно обеспечивает рамку, внутри которой могут возникать и спорить идеи. А идеи в мире сегодня производятся быстрее, чем любые идеологии успевают устареть.