🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

политолог Илья Гращенков (Телеграм-канал The Гращенков) -

Внесистемные патриоты

На фоне арестов чиновников, прошедшего обмена политзаключенными, некоторую разбалансировку системы можно увидеть в грызне, начавшейся в медийном блоке между официал-государственниками и блогерами-пассионариями. Противоречия обостряются, а линия водораздела по-прежнему проходит между «держателями активов» и теми, кто в сложившейся ситуации ожидал их активного перераспределения. Однако после последних президентских выборов и отсутствия масштабных ротаций как на уровне исполнительной власти, так и в кругу «лиц, принимающих решения», стало очевидно, что система намерена переживать политическую зиму в прежней конфигурации.

Собственно, чему активно противится система власти РФ, так это модернизации под напором одной из полярных политических групп. Если до 2022 года таким модусом обладали системные либералы, то в складывающейся (но еще не сложившейся) парадигме конкуренция фиксируется между системными патриотами и т.н. «попутчиками» из числа тех, кто хотел бы временно понизить статус государственных институтов, заменив их более эффективными, но непредсказуемыми инструментами. Такой подход ранее активно продвигал Пригожин, чей «Вагнер» до сих пор активно используется для решения тактических задач. Но попытка экспансии в политический сектор показала, что модернизация становится опасной там, где слабое государство стараются заменить эффективным менеджментом.

Схожая проблема существует и на медиа-направлении. Кстати, неслучайно уже упомянутый Пригожин изначально был медиа-олигархом, владельцем знаменитой «фабрики троллей» и ряда СМИ, а уже потом занялся военным бизнесом. Не повторяя банальностей про то, что в современном мире медиавойна порой оказывается важнее войны реальной, важно отметить, что сильное упрощение и внутренний дисбаланс как информационной повестки, так и ее операторов, привели к неприятному казусу. Во-первых, пропагандистский блок, раскочегаренный до сверхвысоких оборотов, в нужный момент оказался неспособен решать задачи, отличные от возбуждения чувств гнева. Умиротворяющая риторика, сочувствие и прочие эмоции, необходимые в некоторые моменты, привычно отметаются, что в решающий момент создает у потребителя информации чувство неприятия и отторжения. Неумение быть или хотя бы казаться человеком – быстро разрывает эмоциональную связь со спикерами, а аналитика и логический подход к проблемам давно были вытеснены из медиа с высоким охватом в узкую элитарную среду.

Собственно, феномен военблогеров, которые сейчас попадают под раздачу за самобытность и нелояльность (подобно американским военкорам во Вьетнаме, например), как раз берет начало в том самом подходе по вытеснению медиа в некий заповедник. Пусть с миллионной, пусть с десятитысячной аудиторией, но без доступа к крупным госмедиа. Правда, стремительно меняющийся мир информации в конечном итоге привел к обратному эффекту - оттоку пользователей из числа телезрителей, появлению инфлюенсеров из числа телеграм-каналов, вовлеченности пользователей в распространение контента (пересылка роликов и постов через соцсети). В конечном итоге, даже провластные интернет-площадки вынуждены формировать контент критического содержания, используя его для выпуска пара читателем. Говоря проще, заказчики контента в какой-то момент сами стали его заложниками. Причем, как позитивного («как же у нас все хорошо»), так и негативного, надеясь на то, что читатель должен сам отделить социально полезную информацию от вредной.

В кризисные моменты ручное управление часто мешает и вносит большую сумятицу. Особенно, если ручное управление осуществляется сразу в несколько рук и разными людьми. Хорошим решением было бы снижение давления на медиа и тем самым приведение сферы к некоей саморегуляции, где одни – перестали бы считать, что им все дозволено, другие – перестали опасаться сведения счетов, а институт репутации вновь бы стал главенствующим.