Похоже, что российско-китайские отношения переживают период сильного охлаждения. Грубо говоря, большинство значимых проектов поставлено на паузу, а отдельные, вроде «Силы Сибири-2», как минимум до окончания СВО. Еще в марте китайский лидер Си Цзиньпин уехал из Москвы крайне расстроенный и неудовлетворённый итогами этого своего визита, поэтому неудивительно, что быстро восстановить их не удастся. Вины российского Правительства в этом нет, просто КНР возлагает на все руководство страны коллективную ответственность за нежелание принять условия Пекина в переговорном треке по Украине.

Давление США, как непубличное дипломатическое, так и открытое, в виде санкций в отношении пяти значимых китайских компаний, сыграло свою роль. В китайском руководстве, в котором санкции восприняли болезненно, решили минимизировать развитие китайско-российских отношений. Поэтому российские чиновники в лице премьера Мишустина и замсекретаря Совбеза Медведева параллельно устроили свои визиты в Китай, с целью с одной стороны – постараться растопить лед в отношениях, а с другой – проявить себя в роли эффективных международных переговорщиков. Медведев, правда, немного напряг китайское руководство, которое было недовольно параллельным визитом председателя партии «Единая Россия» во Вьетнам и Лаос.

Среди политических напрягов с Китаем не только вопрос урегулирования ситуации с Украиной, но и возросшая активность России в Африке, страны которой в Пекине считают зоной влияния Китая. Что же касается экономики, то тут российские переговорщики оказались в тупике. После не самых удачных попыток Медведева и Мишустина, эту тему хотел взять на вооружение секретарь Совета безопасности России Патрушев, ранее заявив, что экспертами Совбеза разработана экономическая программа, которую он будет презентовать на Петербургском международном экономическом форуме. Но в итоге на ПМЭФ Патрушев не выступал, а его заместитель Вахруков ограничился тем, что назвал доллар США «токсичной валютой».

Похоже, что отношения будут ухудшаться на фоне того, как Россия будет пытаться найти других партнеров, помимо Китая. Например, в лице Индии, Египта или Ирана. Си Цзиньпин недоволен тем, что российское руководство не готово воспринимать Пекин как «старшего брата» и реализовать те предложения, которые лично он разработал по теме СВО. Таким образом, Китай вряд ли будет помогать технологиями и вооружением. Рынки технологичной продукции, не говоря уже о самих технологиях, для российского руководства продолжают сужаться.