«Младший партнер». Первый вице-премьер Андрей Белоусов рассказал о новой концепции взаимоотношений между бизнесом и государством, где определил за Кремлем функцию «старшего брата», а за предпринимателями – статус «государевых людей», где дела делаются так, что обе стороны понимают взаимно цели и задачи, уважают их и «работают как win-win, с эмпатией». В принципе, Белоусов давно считается в правительстве сторонником большей регуляции бизнеса (его даже считают идеологом Госплана 2.0, хотя сам по себе он, вероятно, не такой уж и антирыночник), а после того как президент Путин встретился с «олигархами» и дал им четкий сигнал, что крупный бизнес должен стать частью кремлевской политики, так и вовсе данное заявление можно считать частью нового «образа будущего».

«Один работает на цели другого, выстраивая в каждый момент времени некий консенсус, через плотные коммуникации — вот эту модель я и называю моделью партнерства. Она у нас стала складываться с 2020 года, с пандемии». Действительно, об этом ранее говорил и премьер-министр Михаил Мишустин. Тогда он заявлял о финальной стадии формирования новой стратегической модели экономики, которая признает лидирующую роль государства на базе цифровизации. Интересно, что премьер называл дату старта – два года назад. Выходит, что эта модель начала формироваться еще при премьере Медведеве, а РФ готовилась к огосударствлению еще до начала пандемии и санкций?

Белоусов также отметил, что хотя ЦБ как можно снизил ключевую ставку, деньги у нас остаются достаточно дорогими. Это диктует уровень маржинальности проектов. Правительство здесь искусственно повышают доходность в приоритетных отраслях: это IТ, технологические компании и самое главное – инвестиционная кластерная платформа, которую придумали Мишустин и Мантуров. «Вот это наш арсенал», - говорит Белоусов. Собственно, данный подход можно назвать «манифестом инфляционистов», так как на фоне критики финблока, влияние блока Белоусова растает. А группа монетаристов в лице Набиуллиной – Силуанова и ко, хотя и держат удар, но находятся в глухой обороне. Собственно, пустить накопленные деньги в ход для оживления экономики – главная задача Белоусова, как и сбор этих средств из-под подушек элит.

Разумеется, это противостояние уже наметилось и активно идет, где бывшие «сислибы» противостоят условным «патриотам». В чистом виде концепция «Россия – осажденная крепость» не сложилась, но постепенно формируется некий новый образ «острова Русь». В этих художественных (пока) образах уже можно разглядеть сознательный план победителей по дальнейшей трансформации государства в сторону их «идеального СССР», которым, де-факто, является сословное общество на современной технологической основе, т.е. некий цифровой феодализм. Конечно, его можно назвать более мягко, госкапитализмом или цифровым социальным государством. Стратегия-2030, к примеру, обозначает все эти векторы развития в сторону примата государства над всеми сферами жизни и доминированием в экономике.

Но крайняя «битва чекистов с масонами» пока еще не произошла. Пока власти склонны смешать все возможные сценарии в одну идеологическую окрошку (на квасе или на кефире?). НЭП 2.0 и противостояние автаркии вместе с новым Госпланом и вообще, полным набором тех смыслов, которые крутятся в головах элит. Вот и Белоусов уже заявляет, что Россия может стать хранителем традиционных ценностей Запада. А это, все-таки, подтверждение того, что мы – часть европейской цивилизации и стать частью того же Китая даже сторонники развитого госкапитализма не очень то хотят.