По Марксу, есть базис (экономика), а есть надстройка (политика). Путин, как человек прошедший школу марксистко-ленинской теории, оперирует этими понятиями, когда реализует свою концепцию переформатирования общества, с усилением роли государства и технократизации политического устройства. Надстройка помимо социальных институтов — общественное сознание, то поле, схватку за которое сейчас ведет не только оппозиция, но и часть самой системы госуправления. Есть единая линия, ориентированная на максимальное огосударствление рыночной экономики, т.е. тот самый Госкапитализм (поздний вариант СССР, с поправкой на частную собственность и цифровизацию). Владельцем средств производства является государство, но распределением доходов от ренты занимается власть, делегирующая свои полномочия различным т.н. «кремлёвским игрокам» или фронтменам практической реализации этой концепции. В 2020 году фронтменом надстройки фактически стал С. Собянин, а базиса - М. Мишустин. Но дело в том, что игроков гораздо больше и они конкурируют между собой, за место под солнцем, а говоря аппаратным языком, за место в системе власти.

В этом смысле, уличные акции оппозиции усиливают политическое давление на базис, политизируя то пространство, откуда политика усиленно выдавливалась в последние 10 лет. Сначала ее сжали до «пространства двора», а после 2016 года заменили симуляционными мероприятиями, вроде конкурсов. Губернаторы-технократы яркий пример того, как система выстроенная под базис, буксует с надстройкой. Региональные политруки не способны самостоятельно действовать, так как алгоритм их поведения строго вписан в бюрократическую этику: «не делай ничего, что тебе не приказали». Политика, подмененная политическими технологиями, а те, в свою очередь – карго-культом или ритуалом (нужен избирательный штаб, но заниматься ему нечем), буксует при необходимости воздействовать на реальность через свои виртуальные функции. Именно этим и должны воспользоваться игроки из команд-соперников.