Мы злые (хотя стараемся над собой работать). И потому в недавнем конфликте Стрелкова с Пригожиным нас приятно и неожиданно удивила реакция множества самых разных людей: «Все очень хорошо, но зачем ваш варлорд разговаривает и ведет себя как уголовник?» У русского общества, несмотря ни на что, еще остался запрос на эстетику и восходящую иерархию. Это много. Это невероятно много.

Для чего мы так носимся с культурой? Разве один танковый батальон не стоит всего мрамора Эрмитажа? Что это за интеллигентские слюни? Кого может победить Боргезский боец – не лучше ли переплавить его на пули? Чем плохи азербайджанский мемный рэп, дикарские нашиды и плохие печальные стихи о смерти, под которые великая страна сейчас переживает самый драматичный момент в своей новейшей истории?

Видите ли, господа, в чем дело. Русским в последнее время удивительно редко напоминали о том что они русские, а не просто очередной славянский народ с большими проблемами. Техника – это «как». Культура – это «зачем». Красота – это сознание собственной правоты и заявление своих прав на реальность. Не перед «населением», своим или вражеским. Не перед «мировым сообществом». А перед вечностью, Богом, тем, что в конечном итоге определяет победу.

И пока не замолчит Муцураев, пока вместо него в воздухе не зазвучат «Весна священная», «Князь Игорь» («Я свой позор сумею искупить, спасу и честь свою, и славу»), пока не зазвучит «Увертюра 1812 года» (полностью, с крупнокалиберной артиллерией) – пока этого не произойдет, война останется украино-украинской. Пока война остается украино-украинской, она не может быть выиграна.

Знаете, как должна закончиться война? Киев в целом взят, хотя кое-где еще идут бои («Великолепно!» – так, Савенко?). На Владимирском спуске что-то чадно, с жирным черным дымом, горит. На фонаре болтается американский военный советник. В зал киевской филармонии, пустой, пыльный и гулкий, заходит русский барочный оркестр в военной форме. Поднимается на сцену. Минута тишины, а потом Решетин взмахивает смычком. И начинает – нет, ничего торжественного, никакого надрыва – ну хотя бы увертюру к «Зороастру» Рамо. Как бы заново освящая оскверненную церковь.

И все. И морок закончится. И проклятие будет снято. И украинское государство развеется как дым.

Восстановление соборов нужно начинать с восстановления внутренних соборов. Восстановление мостов нужно начинать с восстановления внутренних мостов. Войну за исправление мира нужно начинать с войны за восстановление иерархий в самом себе. Красота – единственное, за что стоит убивать. И за Россию сейчас убивают только потому что она однажды может снова стать бесконечно красива.