Евгений Чижов – «Собиратель рая»: Альцгеймер как предчувствие

Вот я открыл этот роман, начал читать и у меня немножко глаза на лоб полезли: неужто «РЕШ» решились публиковать настолько стилистически неряшливый текст? А Чижов правда, с первых страниц такие коленца выдаёт, за какие даже в наших ВК-сообществах начинающих авторов сами начписы других начписов критическими зонтиками периодически побивают. Нуууу, думаю, приехали.

Я всё же начал вчитываться в текст, и в какой-то момент понял, что меня эти местами очень странные выражения и нагромождения друг на друга причастных/деепричастных оборотов не смущают. Будто бы включилась какая-то магия, которая сама по себе утопила меня в тексте «Собирателя рая» по маковку, превратив все шероховатости в неважное третьего-четвёртого порядка.

Хотя, признаться, какая тут магия? Сюжет-то тоже незамысловатый: история развивается вокруг группки молодых фриков, которых хлебом не корми, а дай только потусоваться на блошином рынке. 50% романа (если не больше) отдана этому блошиному рынку, где с важным видом вышагивает некий Король, он же Кирилл, главный герой, со своей свитой. Не забыть важную детальку – действие происходит в 90-е, и это для автора важно (чуть ниже попробую объяснить почему, как я это понял).

У Кирилла-короля есть мама, которая постепенно укатывается в беспамятство болезни Альцгеймера. Отношения между матерью и сыном составляют основной конфликт романа, который, метафорически переосмысляется Чижовым на глобальном уровне: не просто мама отдельного человека теряет память и саму себя, а мама-страна, Родина-мать, сорри за штамп. Если таким образом масштабировать замысел, то сам Кирилл – потерянный ребёнок этой матери, заблудившийся на «блошинке» советский человек, единственная отрада которого в собирательстве ретро-вещей (Кирилл занимается выкупом и перепродажей различных предметов старины, которые полностью захламили родительскую квартиру и гараж).

Почему тогда 90-е годы? Изи: потерянное время, слом эпох, идеальное время для общественного Альцгеймера, от которого, скорее всего, даже не спасут благословенные тучные нулевые и десятые (двадцатые? тридцатые??сколько мы там продержимся?) отката в имперский симулякр и ресентимент.

Весь этот символизм весьма прозрачно проступает в разговорах главных героев о себе, о времени, о попытках зацепиться памятью хоть за что-нибудь, за любую более или менее значимую вещь из блошиного прошлого – этого философского добра тоже хватает в романе «Собиратель рая». Эти бесконечные разговоры, тягучая вода, меня бы в другом романе, наверное, подбешивали бы, но удивительно, что этого не произошло в случае с «Собирателем рая». Магия?

Я правда не знаю, в чём прикол книги Чижова. Тут собрано всё, что по отдельности меня обычно злит: пробивающаяся отовсюду прямолинейность авторской мысли, ностальгия по Союзу, общая слабосюжетность, далеко не самый комфортный языковой стиль. Но всё вместе это почему-то сработало, и «Собиратель рая» оставил приятное впечатление одного из тех добрых, тёплых романов, которых сегодня нам очень не хватает. И это притом, что тут нет же хэппиэнда даже (а спойлерить не буду). Наверное, в случае с некоторыми книгами так бывает, хочу теперь сверить ощущения на других текстах Чижова – вдруг это просто, как говорится, мой автор?