7–8 июля Госдума в два дня тремя чтениями приняла закон № 1271570-8 «О поддержке развития технологий искусственного интеллекта в Российской Федерации». По факту это уже совсем не тот законопроект «Об основах государственного регулирования сфер применения технологий ИИ», который выносился Минцифрой на публичное обсуждение весной и получил критику по всем фронтам.
Предмет регулирования — только большие фундаментальные модели
➡️ Закон прямо ограничивает предмет (ст. 1): регулируются исключительно отношения по разработке, внедрению и применению «больших фундаментальных моделей ИИ» (БФМ).
➡️ Определение БФМ (ст. 3): программа для ЭВМ от 1 млрд параметров, применяемая для решения большого числа разных задач и служащая основой для создания другого ПО. Никаких «систем», «сервисов», «операторов» или «владельцев сервисов» как отдельных регулируемых субъектов в законе больше нет — единственный определённый субъект — «разработчик БФМ» (ст. 3).
Суверенные и национальные модели — центральная конструкция
Суверенная модель требует полной технической воспроизводимости цикла разработки российским юрлицом; национальная — мягче, допускает использование зарубежных и открыто лицензированных компонентов. Обе требуют хранения данных в российских ЦОД и подтверждения соответствия законодательству и традиционным ценностям.
Важный нюанс: обязанности разработчика (ст. 8) и меры поддержки (ст. 7) распространяются только на тех, кто получил статус суверенной/национальной модели. Разработчик обычной БФМ, не претендующий на этот статус, под эти нормы не подпадает вовсе.
➡️ Маркировка добровольная (ст. 9): обеспечивается лишь техническая возможность разместить предупреждение об ИИ; для площадок с аудиторией от 500 тыс. пользователей в сутки — обязанность предоставить эту возможность пользователям, а не маркировать всё подряд.
➡️ TDM-исключение (ст. 10 ч. 2) сформулировано уже, чем в весеннем проекте: обучение на объектах авторского права не является нарушением, но это прямо привязано к обучению именно суверенной модели — для прочих БФМ такой явной защиты в тексте нет.
➡️ Международное сотрудничество (ст. 12) по умолчанию не ограничивается для граждан и юрлиц РФ, включая совместные исследования — ограничения возможны только по отдельным направлениям, которые определит Правительство.
➡️ Сроки: базово закон вступает в силу с 1 сентября 2026 года; детальные критерии суверенных/национальных моделей, обязанности разработчиков, маркировка и нормы об ИС (ст. 5 ч. 2 п. 3–5, ст. 6 ч. 2–5, ст. 8–10) — с 1 марта 2027 года. Для действующих систем предусмотрен переходный период до 1 сентября 2032 года: требование применять исключительно суверенные/национальные модели на них не распространяется, если данные обрабатываются и хранятся в РФ.
Что это значит для науки?
Прямой научной оговорки в законе по-прежнему нет — ни Минобрнауки, ни РАН нигде не упомянуты. Но реальная защита для науки другая и неочевидная: закон в принципе не касается моделей, которые не являются «большими фундаментальными» в узком смысле (от 1 млрд параметров и решение широкого круга разных задач).
Типичная доменная научная модель — например, узкоспециализированный предиктор свойств материалов — скорее всего под это определение не подпадает вообще, и тогда закон её просто не видит. Риск сохраняется именно для флагманских foundation-моделей AI4Science, если те заявятся на статус суверенной/национальной модели ради доступа к господдержке — тогда на них ложится полный комплект требований по локализации и статьи 8.
Отдельно стоит отметить: ст. 13 ч. 4 прямо допускает специальное регулирование по 258-ФЗ (ЭПР), изменяющее применение именно ст. 3 (определения) и ст. 6 (критерии суверенных/национальных моделей) — это прямая правовая зацепка под зонтичный ЭПР применения ИИ в науке, о котором просили эксперты.
💬 Тест Тьюринга. События в сфере ИИ. Подписаться