«Без крыши, вне закона» (Sans toit ni loi, 1985) — просто невероятное кино, которое входит в списки любимых фильмов Аличе Рорвахер и Уэса Андерсона, а теперь ещё и в мой личный топ сильнейших откровений.

Очень важный для понимания философии Аньес Варда фильм, который, как и многие другие работы постановщицы, показывает неприглядную сторону жизни «лишних» людей, не вписывающихся в общество.

В первой же сцене мы узнаём, что где-то посреди французской провинции в канаве нашли труп замёрзшей девушки. Это была Мона, бродяжка, путешествующая автостопом и кое-как зарабатывающая себе на корку хлеба. Дальше перед нами разворачиваются события последних недель жизни девушки, казалось бы, уже без какой-либо интриги, однако Варда придумывает редкое и по-своему радикальное повествование под стать своей свободолюбивой героине.

Скрещивая тихий детектив, роуд-муви и мокьюментари сцены с героями, случайно повстречавшимися Моне на пути, Варда создаёт не столько портрет своей героини, об истинных причинах бунтарства которой мы даже не до конца узнаем, сколько слепок коллективного восприятия таких вот одиночек, добровольно пускающихся навстречу свободе, у которой в нашем обществе всегда есть обратная сторона — саморазрушение и одиночество.

Комментарии очевидцев говорят больше о них самих, чем о Моне, и порождают множество вопросов о том, что могли или не могли, должны или не должны были сделать люди, чтобы предотвратить смерть девушки. Что могла сделать сама Мона, быть более сговорчивой или благодарной? Как принять тот факт, что человек вообще не может быть ни в каких рамках и как не осудить? Почему мы боимся таких людей, и что в основе этого страха? Выбранная Аньес оптика работает безотказно, в финале предлагая пройти окончательную проверку на эмпатию и безусловное принятие природы другого человека. Сколько бы дров ни наломала Мона, а мне её безумно, безумно жаль 💔

Её высокие сапоги, постепенно изнашивающиеся в процессе дороги, всё ниже и ниже спускающиеся по голенищу из-за сломанной молнии, а потом и вовсе болтающиеся где-то в пыли под ногами и обнажающие ярко красную грязную подкладку — это настолько простая, но настолько точная и красноречивая метафора всего пути Моны, что за один только этот образ уже можно было дать фильму «Золотого льва» в Венеции. И его дали!

Думаю, фильм очень откликнется тем, кто, как и я, очарован «Любовниками с Нового моста» и «Химерой». Это очень неоднозначное и предельно серьёзное кино, и именно этим оно меня и сразило.