Особняк возводился во второй трети 19 века как городская резиденция «льняных королей», промышленников Демидовых, чьи мануфактуры определяли экономику уезда.
Эта семья владела целым кварталом. Фабричные корпуса тянулись к реке Клязьме, а главный дом расположили по соседству со стенами Благовещенского монастыря.
Подобное соседство даже породило слухи, что Демидовы провели от погребов кирпичный тоннель в сторону монастырских подвалов. Правда, зачем им это понадобилось не уточнялось.
Архитектура усадьбы отражала статус хозяев. Каменный двухэтажный корпус с вытянутыми анфиладами, строгий классицистический декор, симметричные ризалиты. В интерьерах упоминались лепные плафоны и дубовые панели, богатое убранство, выписанное из Москвы и Нижнего Новгорода.
После революции Демидовы бежали из России, осев во Франции и Чехии. Их производства и собственность национализировали. Но фамилия всё равно крепко прилипла к дому, и демидовским он был всю советскую эпоху. От которой ему досталось милое, но уже сильно разрушенное панно на тему искусства и ткацкого труда.
Рассказывают, что до 2000-х особняк пребывал в удручающем, обветшалом состоянии, и только в 2001 году, после его передачи социально-реабилитационному центру для несовершеннолетних, началась реконструкция.
На вязниковском новостном ресурсе усадьбу Демидовых рекламируют как местный дом с привидениями:
Говорят, что в чуть мутноватом от времени старинном зеркале порой видны какие-то призраки. В огромном (его площадь почти 1000 квадратных метров) здании до сих пор много таинственного и непонятного. Часто педагогам доводилось слышать топот многих ног по вестибюлю первого этажа, как если бы пробегала группа детей. Но никто в это время там не бегал, хотя о странном звуковом эффекте в коллективе «Социально-реабилитационного центра» знают многие. Вечерами сторожа передвигаются по коридорам и закоулкам демидовского дома с немалым трепетом. Несколько лет назад специалист по социальной работе во время вечернего дежурства неожиданно увидела в дверях незнакомого бородатого мужчину в темном костюме-тройке, который молча пристально смотрел на нее в упор. Женщина, растерявшись, не могла произнести ни слова. А когда, собравшись с духом, попыталась заговорить с незнакомцем, тот словно растворился в воздухе.Но нигде больше подобной информации или каких-либо подтверждений ей найти не удалось. Убедительнее звучат истории о привидениях дома Сеньковых.