Дэвид Чалмерс выпустил новую книгу "Reality+: Virtual Worlds and the Problems of Philosophy": философы шагают в ногу с рынком, так что она посвящена виртуальной реальности. Главный тезис Чалмерса, известного философа сознания, состоит в том, что жизнь в виртуальной реальности может быть столько же осмысленной, счастливой и полной человеческими переживаниями, как и в нашем обычном мире. В сущности, любая подобная аргументация внутри аналитической традиции строится через опровержение мысленного эксперимента Нозика о "машине опыта": Нозик предполагал, что никто добровольно не откажется от своей настоящей жизни во имя машины, способной генерировать любые ощущения. Примечательно, что Чалмерс не первый автор, защишающий подобную позицию: в исходе в виртуальную реальность, фактически в набор бесконечно разнообразных видеоигр, видит будущее человечества молодой ирландский философ Джон Данахер, чей текст "Automation and Utopia" я подробно разбирал для Logos Review of Books.

Читая Чалмерса, российский читатель может увидеть экзистенциальный разрыв, разделяющий его и автора. Мечта о виртуальной утопии может возникнуть в очень благополучном обществе, которое с одной стороны вынуждено придумывать для себя новые цели развития (что-то вроде киберкоммунизма), а с другой мучительно пытается избавиться от переживания скуки и бессмысленности хорошо благоустроенного существования.

Тезисы Чалмерса в России упираются в вопрос о том, какие институты мы оставим "на реальной земле", прежде чем подключиться в передовому, приятному и полному смысла VR. Условно говоря, не отрежет ли тебе Рамзан Кадыров голову, пока ты будешь подключен к системе. Виртуальная реальность, помноженная на клептократию, дает бесконечные перспективы для укрепления авторитаризма. Самая продвинутая часть общества, воспользовавшись советами Чалмерса, просто уйдет в виртуальную эмиграцию, оставив Москву государственным бандитам и мигрантам, причем первые установят для вторых Синьцзян-2.

В какой-то момент я именно по этим довольно наивным причинам разошелся с постструктурализмом: я понял, что прочитав Делеза, можно обосновать и дать интерпретацию любому явлению так, чтобы в него не хотелось уже вмешиваться. Именно по этой причине я мигрировал в политическую философию, ставящую под сомнение существующий порядок, и предлагающий нормативные принципы для его изменения. Знаменитый тезис Маркса о задачах философии, по-моему, является единственной серьезной апологией наших интеллектуальных практик.

Данахеру я написал в Твиттере, что мне понравилась его книга, но я считаю, что он ошибся в ключевом тезисе: любое умножение реальностей спровоцирует политическую борьбу за возвращение к "настоящему", эта "жажда реальности" отчетливо прослеживается от мифа о пещере к "Матрице" и современному интересу к расследовательской журналистике.

Люди нативные эпистемологи, которые регулярно хотят знать, как оно все устроено на самом деле. Но когда Запад отправится на поиски виртуального счастья, а на остальных территориях планеты будет установлен режим цифрового ГУЛАГа, нас ждут самые интересные и философские времена.