Закон Паркинсона или сколько времени действительно нужно вашей задаче

Есть довольно неприятное свойство у любой работы: она почти всегда умеет растягиваться.

Нужно сделать презентацию к пятнице — презентация будет делаться до пятницы. Нужно к концу месяца — удивительным образом она будет делаться почти месяц. Хотя итоговый файл вполне может оказаться примерно тем же самым.

В 1950-х это наблюдение сформулировал британский историк Сирил Паркинсон: работа расширяется так, чтобы занять всё время, которое на неё отпущено. Потом это назвали законом Паркинсона. И ведь похоже на правду.

Когда на задачу есть три недели, первые дни обычно уходят на размышления. Потом появляется желание что-нибудь уточнить. Затем немного обсуждений. Можно ещё поменять структуру, снова обсудить, сходить на встречу по поводу встречи. Времени же много.

А когда осталось три дня, внезапно выясняется, что половина вопросов вообще не требовала обсуждения. Решения принимаются быстрее. Текст пишется. Таблица сходится. Люди каким-то чудом находят свободные полчаса.

Любопытно другое. Длинный срок часто принимают за возможность сделать работу качественнее. Но дополнительное время не обязательно превращается в качество. Оно прекрасно превращается в дополнительные согласования, сомнения и переделки.

Поэтому короткий дедлайн иногда полезен не потому, что заставляет людей бегать быстрее. Он просто отрезает часть деятельности, которая выглядит как работа.

Впрочем, есть ловушка и здесь. Если постоянно ставить невозможные сроки, получится уже не Паркинсон, а обычная нервотрёпка.

Пожалуй, полезнее другое: давать задаче не столько времени, сколько она теоретически может занять, а столько, сколько действительно нужно для нормального результата.

И это, как ни странно, две совсем разные цифры.