Самая опасная вещь в театре -
это начать думать,
что ты уже понял человека.

Именно в этот момент режиссёр перестаёт исследовать.

Он начинает объяснять.

Навешивать ярлыки.

Делить людей на:

хороших;
плохих;
глубоких;
поверхностных;
талантливых;
неталантливых.

А настоящий театр вообще начинается в другом месте.

Он начинается там,
где человек вдруг признаёт:

«Я до конца не понимаю другого человека».

И вот здесь происходит главное профессиональное открытие.

Режиссёр -
это не тот,
кто знает ответы.

Режиссёр -
это тот,
кто умеет задавать вопросы.

Посмотрите,
что очень часто происходит на репетиции.

Ребёнок играет сцену.

И педагог сразу говорит:

здесь ты обиделся;
здесь ты испугался;
здесь ты любишь;
здесь ты страдаешь.

Но жизнь так не устроена.

Человек почти никогда не знает о себе всё до конца.

Он:

путается;
оправдывается;
врёт себе;
скрывает;
ошибается;
делает одно,
а чувствует другое.

Вот где начинается настоящий материал для театра.

Поэтому один из самых сильных вопросов,
который может задать режиссёр на репетиции:

«А что, если всё не так очевидно?»

Что, если человек кричит не потому,
что злится?

А потому что боится.

Что, если он смеётся не потому,
что весело?

А потому что ему больно.

Что, если он молчит не потому,
что ему нечего сказать?

А потому что сказать слишком страшно.

И вдруг сцена начинает раскрываться.

Потому что исчезает схема.

Появляется человек.

Практический совет.

Попробуйте сделать упражнение.

Возьмите любого персонажа.

И попросите подростков написать:
три версии,
почему он совершил этот поступок.

Не одну.

Три.

И желательно противоположные.

Например:

Человек не пришёл на встречу.

Почему?

забыл;
обиделся;
испугался;
проверяет другого человека;
произошло горе;
хочет быть нужным.

И вдруг дети начинают понимать:
человек намного сложнее,
чем сюжет.

А это уже режиссура.

И ещё одна важная вещь.

Очень часто спектакли становятся плоскими,
потому что режиссёр слишком быстро всё объяснил.

А театр любит тайну.

Любит недосказанность.

Любит пространство,
в котором зритель сам начинает искать.

Поэтому иногда лучший режиссёрский ход -
не дать ответ.

А оставить вопрос.

Потому что хороший спектакль заканчивается не тогда,
когда зритель всё понял.

А тогда,
когда он начал думать о человеке глубже,
чем до начала спектакля.