«У нас полная анархия. За спиной слабого правителя низкие душонки обделывают свои личные дела. Реакционная гидра ширится, надувается, как спрут обвил, заплёл, опутал слабенького ребёнка, будущего великана — Государственную думу. <…> Нам не немцы страшны. Не будь своих подлых паразитов, своих внутренних врагов — две немецкие нации полетели бы вверх тормашками… Вернулся из плена бывший варшавский губернатор барон Корф… Это тот Корф, который, будучи губернатором Варшавы, попал вместе со своим адъютантом и шофёром в плен, когда немцы были от Варшавы не далее чем на 25 вёрст. Это тот Корф, после которого не досчитали в казне двух миллионов рублей и который, забрав русские миллионы, прямо поехал к немцам. Почему же это его немцы отпустили, а боевых генералов они крепко держат в своих цепких руках. Особенно удивительно не будет, если впоследствии узнается, что Корф был передатчиком визитных карточек Вильгельма и Николая II. Россия теперь представляет собою топкое болото. Как-то сам собой вытекает из жизни этой войны такой русско-житейский парадокс: русское правительство вместе со своим вождём идут вместе с немцами на Русь»

Запись москвича в октябре 1914 года.

Напоминает нынешних рассерженных патриотов. Знакомый тип — недостойный, падкий на выдумки, малодушный, безмозглый, малограмотный «Терсит»*.

*Терсит — отрицательный персонаж «Илиады», синоним трусливого пораженца.