Syllabus Errorum

Деволюция

Кажется вполне очевидным, что животные — нравственно совершеннее, чем человек. Насекомые и растительный мир — еще лучше: они совершенно не действуют, не совершают ни добра, ни зла и стоят как бы вне морали. Наконец, камни и горы, неживая материя, суть абсолютная вершина нравственности.

Культура — искусственное продолжение деволюции, поскольку, несомненно, культурный человек гораздо развращеннее и отвратительнее, чем человек неотесанный и грубый, при том, что он намного более приспособлен к существованию в цивилизованном мире, нежели последний. Так же точно и первобытный человек был гораздо более приспособлен к выживанию в условиях изменяющегося климата, нежели млекопитающие тех времен: ведь только он и выжил за миллионы лет в процессе деволюции.

Нравственность возникла вместе с понятием «человек» — и одновременно безнравственность: ведь человек есть самое безобразное, самое безнравственное существо на планете.

Деволюция — переход от тупого нравственного совершенства камня к утонченной безнравственности человека.

В этом смысле можно рассматривать биологическое развитие видов как историю деградации нравственности.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Орел на привязи

Проходя по парку, я увидел двух кавказцев. На плече одного из них сидел орел. Очевидно, они предлагали курортникам сфотографироваться с птицей за деньги.

К ним подошел некий мужчина, самый обыкновенный тип среди «водяного общества» — в очках, с седыми усишками, с изрядным брюшком. Кавказец, державший орла, усаживает птицу ему на плечо.

Курортник весь сгибается, боясь, как бы орел не взмахнул крыльями и не поцарапал его нежные, розовые щечки. Другой кавказец между тем отошел от перепуганного туриста на пару шагов и щелкнул фотоаппаратом.

Какой позор для орла — сидеть на плече такого ничтожества!

Но вдвое больший позор — пытаться купить прирученную орлиную мощь за деньги, чтобы посадить себе на плечо вольную птицу и, чуть не обделавшись в штаны от испуга, сделать жалкую, смехотворную фотографию!

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Человеческая эссенция

Однажды за чашкой кофе мы с А. поспорили о ценности человеческой жизни и о необходимости громадных масс людей, которые так ненужно и неуместно расплодились на земле. Я как закоренелый мизантроп принялся доказывать ей, что земля задыхается от испарений этих миллиардов и миллиардов лишних — поистине, не литературно — лишних людей. А. же стояла на том, что каждая жизнь ценна, что каждый человек уникален, что встреча с тем или иным человеком может подарить уникальный опыт.

Тогда я в пылу спора выдвинул гипотезу о «человеческой эссенции»: я утверждал, что при сотворении мира Бог дал человечеству определенную меру этой самой эссенции, божьей искры, — одну на все времена. И чем больше на земле становилось людей, тем более эта мера распределялась между ними, и редела, и теряла свои свойства.

Этим я хотел объяснить А. причины деградации человечества: при значительно возросшем числе людей количество «человеческой эссенции» не увеличилось пропорционально, а осталось тем же, каким его даровал человеку Господь Бог в первые дни творения.

Именно поэтому, говорил я ей, на земле столько пустых, бессмысленных, глупых людей: для них «человеческой эссенции» просто не хватило и посему они не более чем пустые оболочки без сущности, шкатулки без драгоценностей, полые орехи и моллюски без жемчуга.

Кофе остывал, моя «человеческая эссенция» иссякала в бессмысленном споре, а А., нимало не проникшись моими доводами, не оспорив мое мнение, но и не согласившись тоже, поспешила на встречу с лишними и неуместными людьми.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

В подобном понимании духа я вижу возможность прорыва к трансцендентности в современном, расколдованном мире.

Разумеется, оперировать понятием «дух» в христианском смысле после Ницше невозможно. Однако упираться рогом в стену и утверждать, что существует лишь материя, — это тупик, путь в никуда.

Предложенное мною понимание пневмы как высшего организующего принципа плоти есть прорыв в трансцендентное из имманентного. Дух, понимаемый таким образом, не снисходит в тело сверху, как благодать, но прорывается снизу, как магма, как лава.

Иными словами, пневма есть магматический взрыв в плоти.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Пневма

Под духом, или, говоря иначе, пневмой, я подразумеваю не отвлеченную субстанцию, не то, что христиане подобострастно звали Святым Духом, — ведь, разумеется, Дух Святый есть лишь одно из наименований паразитарного Логоса, — но нечто вполне конкретное, а именно — силу и интенсивность наших страстей и желаний, а также холод сдерживающего их разума — не критического, не практического и уж тем более не выносящего суждений, но повелевающего, приказывающего нашей плоти действовать так или иначе и удовлетворять рождающиеся в теле импульсы.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Из дневника горного отшельника

«Я живу в горах в полном одиночестве. Ни с кем не разговариваю, ни с кем не вижусь, кроме как со скалами и ветром.

Любой другой человек от такого образа жизни сошел бы с ума, но я, к счастью, опередил события: я приехал сюда, к горам, уже официально клинически нездоровым человеком.

Поэтому мне, наверное, проще, чем любому другому одинокому человеку в горах: ведь сам процесс сноса крыши мне довелось пережить уже прежде, в иных местах.

Но, может, не все так плохо? В конце концов, тот, у кого в горах нет крыши, видит чудное звездное небо, — такое небо, которого не увидит ни один здоровый человек в большом городе!»

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Закон и реальность

Разве у реальности есть какие-либо «законы»? Разве наша воля не может заставить эти их измениться? Если мы будем верить в то, что по одному нашему слову гора может сдвинуться с места, — разве она так и останется стоять?

Однако если взяться за эту податливую, как глина, реальность, то из нее можно вылепить то, что пожелает наша воля, которую не сможет удержать ни один «закон».

Мы сами — законодатели нашей реальности, и если мы со всей возможной твердостью прикажем горе сдвинуться с места, она сдвинется.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Ярлык

Имя есть ярлык, указание на сущность человека, но не сама его суть. И тем не менее имя необходимо описывает содержимое человека, формируя его в том случае, если тому недостает воли сформироваться самому.

Имя волатильно. В качестве ярлыка оно лишь описывает содержимое сосуда, на который прилеплено. Но если мы, допустим, высыпали из баночки с анальгином все таблетки и всыпали в нее парацетамол, не станет ли в таком случае лгать этикетка, по-прежнему вещающая нам: «Анальгин»?

Пожалуй, нет ничего страшного выпить парацетамол вместо анальгина, — но что, если в баночке этой была розовая водица, которую заменили на мышьяк? Не покажется ли нам тогда преступлением оставлять надпись «розовая вода» на сосуде с мышьяком? Ведь неподготовленный и неосведомленный человек может и отравиться его содержимым.

Так не стоило бы и нам менять наши имена, едва только в наших сосудах сменяется содержимое? У нас даже есть историко-философский пример — Кьеркегор, сменивший за свою жизнь не одну маску. Каждый раз, когда содержимое его тела изменялось, он считал необходимым менять этикетку, дабы читатели понимали, с кем имеют дело.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Проклятие величием

Изучая биографии великих людей, я заметил одну закономерность: любой великий человек, прежде чем осознать свое величие, пытается жить как все, вписаться в норму, стать повседневностью, — и только когда ему это не удается, он поневоле вынужден принять свое величие как проклятие, как несоразмерность эпохе и обычному человеку вообще.

Величие — это болезнь, порча и проказа, которая может поразить любого, даже самого обыкновенного человека. Все великие люди суть больные, зараженные величием.

Иные болеют ветрянкой, оспой, тифом, сифилисом и проч., — другие — величием. Болезнь эта встречается редко, но всегда протекает тяжело. Она необходимо хроническая. Нередко случается преждевременный летальный исход, так что жертва этой болезни умирает в страшных муках. Лекарства и вакцины пока не найдено, что делает эту болезнь неизлечимой, а ее распространение — неконтролируемым.

Величие — это не дар, но — проклятие.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Смерть души

I. Освобождение через уничтожение формы

Если мы примем, что форма, по Аристотелю, есть душа, наша сущность, то, дабы освободиться из-под ее власти, нужно — убить душу.

Не спасти, а именно убить, уничтожить, стереть в порошок.

Бессмертие души? Разве мне есть до этого дело, если я хочу ее убить? Для меня смертность души стала бы моим бессмертием.

Человек есть душа? В таком случае я не хочу быть человеком.

II. Бог умер, душа мертва

Западное человечество, воспитанное на декартовой дихотомии «res extensa (материя) – res cogitans (душа)», предлагает исход в чистую материю, в план имманентности, поскольку в эпоху смерти Бога не нашло иного выхода.

Я же призываю к совершенно иному опыту. Я предлагаю исход в чистый дух, освобожденный из плена души, в план трансцендентности.

Психея умерла — да здравствует Пневма.

Бог умер — да здравствует чистая Божественность.

И да будут боги, а не Бог.

Взберемся на свой Олимп, на свой божественный престол, — и станем там властвовать!

❤️‍🔥Syllabus Errorum

👆Небольшой всполох, предваряющий изложение одной из самых важных и выстраданных моих идей — идеи психоцида, убийства души.

Готовлю к публикации программный всполох «Смерть души», а также серию художественно-психологических текстов под общим названием «Психоцидальные этюды».

Если кратко объяснить суть идеи, то психоцид — это единственный найденный мною экзистенциальный выход из дилеммы, возникающей перед каждым, кто страдает возвращающейся депрессией и перманентной дистимией. Дилемма эта такова — психотерапия или суицид?

Сам я нашел иной, куда как более радикальный выход — я убил душу, сохранив тело и вызволив дух, Пневму, из тюрьмы плачущей и ноющей Психеи.

Каким оказался этот вызволенный мною из плена дух? Совсем скоро будут опубликованы всполохи с моим определением Пневмы, противопоставленной нервозной стерве Психее.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Предательство души

Христианский проект провалился именно потому, что христиане стремились спасти душу, тогда как ее, наоборот, необходимо было уничтожить как тюрьму духа.

И вот — душа предала их, сбежав из их церквей и тел.

И что осталось у них?

Тело — не лучший ли хранитель духа, чем душа, в которой он заперт?

Одухотворенное тело — не лучше ли это звучит, чем тело, к которому душа снизошла из жалости, услышав его вопль?

Mens sana in corpore sano, говорили древние. Истина в том, что только тогда тело и дух будут здоровыми, когда убьют душу и останутся наедине друг с другом, — не как любовники, каковыми были душа и тело, а как двое мужчин, двое друзей, которые поддерживают друг друга и дружба которых крепнет день ото дня.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Олимпийский смех и божественный хохот

Однажды я, свесив ноги со скалы, сидел на своем Олимпе, глядел на здания, людей и машины внизу и вел безмолвный диалог с Богом.

«Господи Боже! — обратился я к Нему мыслью. — Если б Ты не умер раньше, то не помер бы Ты со смеху сейчас, глядя на эту тараканью суету, царящую там, снизу?

Они уже забыли, что такое подлинные страсти и истинные пороки. Их даже невозможно обвинить в зле, преступлениях и потакании греху, настолько мелкими они предстают на высоте моего Олимпа!»

Мне послышалось, что в ответ на это кто-то захохотал. Я оглянулся кругом, прислушался, но — никого не увидел. Лишь птички пели, греясь на ветвях, да бегала подле меня лисица — единственная моя собеседница на этой горной вершине.

Хохотал ли это Господь Бог? И если да, то над кем? Над людьми, над которыми потешался я, или — надо мной? Присоединился ли Он к моему олимпийскому смеху — или все-таки умер от божественного хохота?

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Одиночество орла

Порой даже и орлу становится тяжело от одиночества на вершине, в ночной темноте.

И какими тоскливыми кажутся ему в эти минуты песни горного ветра, завывающего в ущельях, — те самые песни, которые в часы полета и охоты дарят ему великую радость!

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Всполохи

Те короткие тексты, которые я пишу, невозможно определить ни как афоризмы, — слишком уж они для этого жанра длинные, — ни как полноценные эссе, — ведь, конечно, они для этого типа письма слишком короткие, пылающие, нестабильные.

Следовательно, мой тип письма — не вполне афористичный и не совсем эссеистический.

Ту литературную форму, которую я не просто изобрел, а обнаружил в себе и наименовал, можно назвать всполохами — короткими философско-поэтическими текстами, которые являют истину или мысль в виде вспышки и, завершаясь электрическим разрядом, тут же потухают.

Всполох призван не передать знание, но на мгновение ослепить, осветить тьму и заставить увидеть мир совершенно иначе, под иным углом.

Кто раз обжег себе глаза всполохами, тому опавшие листья, максимы и горькие силлогизмы покажутся скучными и пресными.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Смерть и Божественность

Вы слышали, как говорили вам: «Все, что нас не убивает, делает нас сильнее».

Я же говорю вам: «Все, что нас убивает, делает нас богами!»

Бог умер, и наши души умерли, — но лишь для того, чтобы наш дух занял Его место на опустевшем Олимпе.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

👆Краткое символическое объяснение моей эстетики.

Хотя цвета и обладают своим собственным языком, не поддающимся внятному толкованию, и говорят сами за себя предельно ясно, — все-таки небольшое объяснение в словах может дополнить их самостоятельное высказывание и открыть взгляду их новую грань.

Этот пост — тот случай, когда не изображение служит иллюстрацией к тексту, но, напротив, текст — иллюстрацией к изображению.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Черное, белое и красное

Черный — цвет пограничного состояния, нахождения между двух миров, на пороге нового света. Черный — цвет глазниц тех, кому темнота вырвала глаза. Черный — цвет стремления к чему-то неизведанному, запредельному, находящемуся по ту сторону всех цветов. Черный — цвет той самой дыры в бытии, которую мистики описывают тысячелетиями без особого, впрочем, успеха.

Белый — цвет озарения, прорыва из черного, из предельного — в беспредельность. Белый — цвет глаз тех, кого ослепил неземной свет. Белый — цвет восстания из мертвых. Белый — цвет струящегося света из прорванного ножом полотна бытия. Белый — конец путешествия сквозь черный.

Красный — это раскаленный белый. Красный — цвет силы, движения. Красный — обращенный в огонь свет. Красный — цвет глаз тех, кто научился видеть в темноте. Красный — цвет разрушения старого света и созидания нового. Красный — цвет, зарождающийся из черных углей и поднимающийся в небо огненным столбом. Красный — это и есть та самая дыра в бытии, невидимая для тех, кто не научен вглядываться в тьму и кто бережет свои глаза, не желая заменить их раскаленными углями.

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Милосердие Пустоты

Что, если посмотреть на райское блаженство и на мучение в преисподней под таким углом?

Ад — это невозможность умереть. Это вечное, неизбывное «Я», запертое в абсолютной неподвижности сознания. Тот, кто слишком сильно цеплялся за свою личность, наказывается величайшим наказанием: он получает ее навсегда в условиях тотального одиночества.

Это — вечно живое сознание в гниющем трупе, — сознание, которое видит собственный распад и которое обречено на вечную болтовню с самим собой.

Рай же в таком случае — это право на окончательное исчезновение, великая милость забвения, слияние с безликой материей, в которой гаснет последняя искорка самости.

Что, если смерть без возможности воскресения и без перемещения в загробную жизнь — это не конец пути для грешника, но награда для праведника?

Что, если высшее благо — это тишина, в которой больше некому слушать?

❤️‍🔥Syllabus Errorum

Синай и пенаты

Легкая рассветная дымка стелилась над землею. Стоя на вершине горы, я размышлял о судьбе того первого пророка, который, взойдя на Синай, вынес с него скрижали с заповедями.

Подкидыш в чужой земле, воспитанный в семье царя, поработившего его народ, он, единственный из своего племени, так и не вступил в обетованные края. Застрявший между двух миров, он обрел пристанище на горе и в пустыне, не способный совладать с полчищами людей, препорученных ему Богом. Едва спустившись с Синая, он нашел своих соплеменников поклоняющимися Ваалу, тем самым подарив миру образчик извечной борьбы и непонимания между тем, кто сошел с горы, и теми, кто никогда на нее не поднимался.

Одинокий и в чужом краю, я вглядывался вдаль, созерцая подернутый туманом горный хребет Осетии, и думал: лишь тот имеет право говорить от лица Бога, кому отказано в поклонении ларам и пенатам.

❤️‍🔥Syllabus Errorum