Après moi le déluge

То, что мое поколение называет «жизнью здесь и сейчас», я зову «беспочвенным аристократизмом» — роскошеством бедняков, пиром у обрыва.

Это легкость, радость и беззаботность, которая ранее была свойственна лишь потомкам завоевателей. Они тратят то, чего никто не накапливал, — и поступают, как самозваные господа, еще накануне бывшие самыми подлыми из свинопасов.

Après moi le déluge — вот старинная королевская максима, согласно которой наше время заставляет нас жить, — но неужели перед этим у нас была такая жатва, что потребовалась бы целая жизнь, чтоб ее истратить?..

Людовик XV мог себе позволить сделать это высказывание принципом своей жизни, ибо его отцы и деды насадили то, что ему оставалось лишь пожать, — ну а мы? Разве наши отцы-бездельники и деды-оборванцы сколотили состояние, которое позволило бы нам вести тот разгульный, беспечный образ жизни, который мы ведем?

Ведь мы — нищие аристократы, мы — беззаботные голодранцы, мы — господа-однодневки.

Syllabus Errorum