Перегоревшая лампа

Моя семья живет в селе на Урале, и пару недель в году я гощу у них. Случается, что приходится отвлечься от текущих дел, или от чтения, или от умственного созерцания, чтобы помочь им по хозяйству.

Одним декабрьским вечером, уже под Новый год, меня послали в сарай за мешком картофеля. Освещения на участке никакого, ясное дело, нет, приходится идти почти на ощупь, под светом луны, достаточно, впрочем, яркой, чтобы осветить расчищенную тропинку меж высоких, почти по пояс, сугробов.

Войдя в сарай, я механически нажал на выключатель. Ничего не произошло, свет не загорелся. Я снова нажал на выключатель, и еще раз, но — безрезультатно. Тогда я включил режим фонарика на телефоне и, наведя устройство на перегоревшую лампу, выкрутил ее.

Я сел на холодный деревянный порог и стал рассматривать перегоревшую лампу накаливания под светом фонарика. Лампа была самая обыкновенная, с целой стеклянной колбой. Только вольфрамовая нить была разорвана, и если б я потряс лампу, то услышал бы, как она слегка дребезжит.

Я представил эту лампу горящей. Представил, как еще пару дней назад она, раскаляясь добела, освещала этот старый, гниющий сарай. Она горела, она отдавала самое себя, чтобы ни один уголок не остался не освещенным. И потом — вдруг, в одно мгновение — она стала сначала мигать, а потом — потухла. Навсегда.

Она целая, не разбитая. Этак на нее посмотришь невооруженным глазом, не всматриваясь, и подумаешь: хорошая, целая лампочка. С виду она и вправду отличная. Можно даже снова вкрутить ее в патрон, никто и не заметит разницы, пока не попытается щелкнуть выключателем. И только после этого обнаружат, что она просто и элементарно — закончилась.

Ниточка, всего одна тоненькая ниточка — вот что отделяет ее от жизни. Верните ей эту ниточку, восстановите ее, скрепите вновь два ее разорвавшихся от непрестанного горения конца — и вы получите исправную лампу, готовую гореть и, отдавая всю себя, светить миру.

Но кто способен на это?

Syllabus Errorum