санни эманатор романтики

🔠😃😃😃😃😃😃😃😃😃😃🔠

В очерке давно утерянной истории далёкого мира эпос о героизме и родстве душ донесёт до нас —

🔠 peach bun

Если вдруг вам интересно что я сейчас делаю в тиктоке и хочется поддержать меня на старте пути — вот мой акк 💋

Сегодня решила, что мне скучно живётся и поэтому возобновляю свой тикток аккаунт 🥹🥰

Может быть, вам было бы интересно почитать что-нибудь в формате «переписок»?

Пацаны и пацанессы, так всё-таки как насчёт хср джвк ау, где у нас есть квант эрудиция Виктор, эманатор эрудиции и член общества гениев, соответственно, и огонь сохранение Джейс, которого потом Жёлтая Яшма (Мэл) утягивает в КММ?

Это важный интерес чек, потому что концепт давний, но жить он мне не дает, но и писать в пустоту не хочется:(

Мы где

Ещё здесь буду!

ЙОУ

Год прошёл, а текст этот видела вроде только Рен...

#boothill #hyacine | #hsr
#текст@sunnyshinemeow | #рандомка@sunnyshinemeow

tw: небольшой около военный сеттинг

Бутхилл не особо надеется, что она справится. Его тело — жгучий металл и оголенные провода; Гиацина хоть и прошла уже одну войну — руками своими пережимала вены вполне реальные, кровоточищие; она никогда не имела дела с такими, как он.

— Просто забей, милашка, — он сипит куда-то в сторону. Не на неё, нет. В чём её вина, что она может вылечить любую тварь, но не может помочь тварям не органическим?

Гиацина всё равно не сдаётся. Может быть, это её гордость полевого врача? Не бросать раненных, биться до конца — Бутхилл читал эти лозунги ещё в госпитале, когда органики в его теле было совсем немного больше.

— Я... могу вклоть обезболивающее и...

Она сама понимает, что это глупо. Почти отчаянно. Здесь нужно быть инженером, механиком на самый край, но — за их спинами гремит очередной взрыв, она прижимается к его совсем не органической груди ближе и не чувствует знакомого успокаивающего сердцебиения.

Почему с ним именно она? Как ни посмотри, кто угодно подошёл бы лучше. Бутхилл хороший солдат — он всегда возвращается с миссии с готовым отчётом. Гиацина хороший медик — в её отделение смертность ниже, чем у других.

Но проблема кроется в том, что он из металла, а она умеет ломать лишь кости.

И больше в их районе никого нет.

Датчики Бутхилла сходят с ума.

Гиацана может только подарить ему лёгкую смерть.

Где я ×2

о боже это что фурри-

Где я

Не хотите, так не хотите. Напишу непотребства Кошке в лс

Дорогие, а что если... мы опять пробуем кинктобрь? С кем было бы интересно?? Обещать, как и всегда, не обещаю, но может быть на пару дней меня хватит

Влв зин открыл предзаказы!!! Нежно писала туда текстик по цифлаям и 3(!!) письма в мерче 💋

Рандом пейринги продолжаются

#hsr | #theherta × #jade

Герта нервно облизывает пересохшие губы, когда ладонь в кожаной перчатке скользит по её бедру. Юбка донельзя короткая, она такие обычно не носит, но обычно и Жуань Мэй ищет ей партнеров по статусу, а не отправляет в какой-то… подпольный бар? казино? что это вообще?

Раздражает.

Не Жуань Мэй, конечно. Она раздражает по-другому. Как-то привычно, мягко; так раздражают, наверное, домашние питомцы. Герта не очень хочет разбираться.

Раздражает шумная музыка, неоновая подсветка, пьяные голоса и, разумеется, чья-то ладонь в кожаной перчатке на её оголенном бедре. Мерзость. Она наступает обидчику на ногу каблуком, тот что-то шипит ей в спину. Плевать. Совершенно точно плевать.

— Когда ваш начальник будет готов меня принять? — Почти шипит она на юную администраторку; та — “Топаз”, читает Герта на бейджике, — дежурно улыбается:

— Госпожа Герта, запаситесь терпением, — просит она, — как только госпожа Яшма освободится, я сразу же вас позову.

Яшма. Имя, наверняка, фальшивое. Герта фыркает, закатывает глаза; в зоне бара свет не такой яркий и лучше сфокурирован.

— Принеси мне что-нибудь выпить, — бросает она и отворачивается. Плевать кто эта девчонка. Может, она и не администраторка. Но для Герты сейчас она будет официанткой.

Топаз на секунду замирает, будто раздумывая, стоит ли напомнить, что в её обязанности не входит разносить напитки, но, видимо, что-то в лице Герты подсказывает ей, что спорить — себе дороже. Она коротко кивает и бесшумно удаляется за стойку.

Герта остаётся одна, насколько это возможно в этом душном, прокуренном, пропитанном запахом дешёвого алкоголя месте. Люди вокруг двигаются так, будто у них нет ни костей, ни стыда, ни мозгов.

Ей тошно.

Она садится на высокий барный стул, закидывает ногу на ногу. Смотрит в стакан, который Топаз ставит перед ней без единого слова — тёмное, с кубиком льда, пахнет крепко и пряно. Герта не спрашивает, что это. Она не собирается пить. Она вообще сюда не собиралась.

Но раз уж пришла…

Она обводит взглядом зал — цепким, почти брезгливым. И натыкается на взгляд.

У барной стойки, сбоку, почти в тени, сидит женщина. Не из тех, кто суетится или делает вид, что ей весело. Она просто наблюдает. Спокойно. Слишком ровно. Одна рука на стойке, другая — на спинке соседнего стула, будто она только что с кем-то разговаривала, но теперь этот кто-то исчез.

Или она ждет, что этот кто-то к ней подсядет.

На ней перчатки. Кожаные. И что-то в этом совпадении вызывает у Герты не страх, а… раздражение. Другое. Острое, колючее. Противное.

Она отворачивается первой, но слишком медленно, чтобы это выглядело случайно.

— Вам не идёт эта юбка, — раздаётся сбоку, и голос у неё низкий, с ленцой, как будто она и не сомневается, что её услышат. Герте такие люди не нравятся. С ними много хлопот.

Герта не поворачивается.

— Я не спрашивала мнения, — отвечает она, поправляя край юбки, хоть та и так никуда не сползла.

— Это не мнение, — она делает маленький глоток из своего стакана, — это факт.

Герта всё-таки поворачивается. Незнакомка не улыбается. Это хуже всего. Если бы она ухмылялся, она бы знала, как это классифицировать: дешёвый флирт, самоуверенность, помойная харизма. Но она смотрит на неё, как смотрят на неудобно стоящую мебель. Или на сломанный каблук. Оценивающе, без тепла, без желания.

— Вы знаете, кто я? — спрашивает Герта.

— Догадываюсь.

— И всё равно решили заговорить?

Она пожимает плечами — слишком лениво.

— А вы всё равно сели сюда.

Герта щурится. Она не боится. Это плохо. Это очень, очень плохо, потому что страх — единственная валюта, которой она умеет расплачиваться с незнакомцами. А эта не принимает её к оплате.

— Я жду Яшму, — говорит она, и почему-то это звучит как оправдание.

— Я знаю.

Тишина. Музыка бьётся где-то за рёбрами. Топаз возвращается, но не подходит, стоит в отдалении, будто ждёт, когда её позовут.

— Может, я и есть та, кого вы ждёте, — говорит она, наконец, и уголок его губ едва заметно приподнимается. — Просто вы ещё не готовы это признать.

Герта сжимает ножку стакана. Лёд звякает о стекло. Она не верит в случайности. Ни в этом баре, ни в этой юбке, ни в этом женщине.

— Тогда представьтесь, — говорит она холодно. — Или я приму вас за массовку.

Она делает ещё глоток. Медленно ставит стакан. Стряхивает невидимую пылинку с колен.

— Позже, — отвечает она. — Когда вы перестанете смотреть на меня, как на тех, кто лапает вас у входа.

И уходит, прежде чем Герта успевает вспомнить, последнее слово всегда должно оставаться за ней.

Топаз ловит её взгляд и, кажется, едва заметно кивает — мол, да, та самая. И Герта вдруг понимает, что пришла сюда не одна. Что за ней с самого порога следили. И что юбка, которую она проклинает, может оказаться не самой большой её проблемой сегодня.

Она всё-таки делает глоток. Пить ей нельзя, но яд — это тоже форма разговора.

#текст@sunnyshinemeow
#рандомка@sunnyshinemeow

ОЙ БЛИН КСТАТИ!! Кошка кинула в меня штукой 🥰

суть эстафеты в том, что мью/вз/читатели должны написать мнение об авторе тгк и/или о самом тгк, скрыв под спойлер, а автор должен прочитать сообщения через 24 часа.

Вот так вот!!! За всеми слежу

Кидаю дальше в Рен, Саяку и Нану

ОПА