Сказка о надежде: Несколько мыслей о фильме «Битва за битвой» Пола Томаса Андерсона

На экране разворачивается сражение между французскими пара и алжирскими партизанами-революционерами. Пара — так называют французских десантников-парашютистов, которые особенно мрачную славу завоевали во время Алжирской войны. Да вот только на дворе не 1960-е, а 2020-е: перед экраном сидит постаревший человек и смотрит фильм «Битва за Алжир» Джило Понтекорво. Человек в жизни проиграл почти все — а идеалы его юности превратились в полузабытое воспоминание, потрепанное постоянным злоупотреблением алкоголем и наркотиками. Все что осталось — странная разрядившаяся рация, обрывки кодовых фраз, почти стершиеся из мышечной памяти навыки обращения с оружием.

Новый фильм Пола Томаса Андерсона «Битва за битвой» — это и политическая сатира (а местами даже и карикатура, с некоторым перебором), и боевик, и политическая драма, и рефлексивное размышление о том мире, где мы живем. Но, кажется, прежде всего это семейная драма действие которой происходит в мире, где все развалилось и перестало работать, кроме каких-то уже совсем базовых вещей — вроде хороших отношений с соседями или любви между родителем и ребенком. Андерсон удерживается от того, чтобы объявить безнадежными любые попытки спастись, и, наоборот, дает в конце надежду, что даже в этих условиях есть шансы спастись и быть счастливыми.

Несколько тезисов о картине, которую я не буду называть лучшим фильмом XXI века (думаю, что это было бы перебором, да и не лишен этот фильм недостатков), но точно могу назвать одним из лучших высказываний о нынешней эпохе катастроф.

1. Сама канва сюжета перекочевала из романа Томаса Пинчона 1990 года. Честно говоря, в ту эпоху основной сюжетный каркас как будто смотрелся логичнее. О чем вообще история? По фильму Андерсона, где-то на рубеже 2000-х и 2010-х в США действует подпольная группировка революционеров, которая грабит банки, освобождает мигрантов из лагерей, где те ждут депортации, подрывает суды. Главный герой, сыгранный Ди Каприо — один из революционеров, у которого разворачивается бурный роман с темнокожей соратницей по борьбе. В то же время у нее закручиваются странные отношения с инфернальным полковником полиции Стивеном Локджо («Железная челюсть»), расистом, шовинистом и психопатом (его играет Шон Пенн). Героиня беременеет, потом предает революционную группу и уходит в защиту свидетелей, а революционеры разбегаются кто куда. Проходит 16 лет — и по следу Ди Каприо и его дочери идет все тот же полковник полиции, желающий уничтожить любые следы своего прошлого и своей слабости.

В романе Пинчона, конечно, сталкивались идеалы контркультуры 1960-х с капиталистическим миром яппи 1980-х, 1968 год смотрит на Рейгана (и наоборот); как будто бы этот твист не так хорошо работает в противопоставлении конца нулевых и 2020-х годов; слишком «беспринципным» временем были нулевые годы, какие уж тут революционные идеалы.

2. В части политической сатиры Андерсон иногда и перегибает. Герой Шона Пенна настолько карикатурен, что вызывает в памяти генерала Джека Потрошителя из «Доктора Стрейнджлава». Шон Пенн, во-первых, снят и показан так, что все время напоминает мошонку — он сморщенный, мятый, потрепанный жизнью урод с отсутствующей моралью. Он транслирует вовне свою гипермаскулинность, но внутри пытается отрицать свои конфликты с этим образом — и тягу к темнокожим женщинам, и к той форме секса, которая никак не отвечает сверхмужественным идеалам. Он условен настолько, насколько можно — со своей «говорящей» фамилией, идиотской походкой, беспрестанным поигрыванием желваками и мускулами, что под конец от него безмерно устаешь. Да и от шуток: в какой-то момент героя Пенна награждают медалью Натана Бедфорда Форреста, знаменитого лидера Ку-Клукс-Клана (он возглавил организацию после Гражданской войны).