Пришло в голову, что среди большевиков было два ныне почти забытых мыслителя, которые по стандартам своего времени были оригинальны на мировом уровне. Философия Александра Богданова, по сути, почти на десять лет опередила повестку левого фланга Венского кружка (Нейрата, Цильселя и др.), которая включала не только абстрактную эпистемологию, но и теорию социальной организации наук и технологий. Николай Бухарин был, наверное, не таким мощным экономистом, но вполне был на уровне неомарксистского круга польских теоретиков типа Гроссмана и Калецкого в своем интуитивном понимании управления хозяйством, что в чем-то предвосхитило самого Кейнса. Конечно, у Ленина было куда более новаторское понимание партийного и государственного строительства, вытекавшее из его натуры политического животного, но его познания в естествознании и экономике были ну просто тупо поверхностными и вторичными. И очень жаль, что в Богданове он видел исключительно заклятого соперника, а к Бухарину относился снисходительно и покровительственно. Это не было единственной причиной сливания их идей из канона советского обществознания. Но точно помогло.