ЭКСПЕРТНЫЙ ВЗГЛЯД. Госдума спустя почти четыре месяца окончательно согласовала закон, определяющий основные параметры регулирования крипты в России. Означает ли это проявление нового института для российских инвесторов, либо мы увидим легализованный инструмент для внешнеэкономической деятельности – «Старой площади» рассказали эксперты.

Заместитель председателя комитета Государственной Думы по строительству и ЖКХ Александр Аксёненко:

Легализация криптовалют — это, прежде всего, попытка вывести уже существующий рынок в понятное правовое поле. Сам по себе запрет не означает, что люди перестают пользоваться такими инструментами, поэтому задача государства — установить прозрачные правила и минимизировать возможные риски.
Для инвесторов это действительно может стать еще одним доступным инструментом, но важно понимать, что криптовалюта остается высокорисковым активом. Поэтому вместе с развитием новых возможностей необходимо уделять особое внимание финансовой грамотности граждан и противодействию мошенничеству.
Главное, чтобы развитие этого рынка не превращалось в эксперимент за счет обычных людей. У граждан должно быть четкое понимание того, с чем они имеют дело и какую ответственность на себя принимают, а у государства — эффективные механизмы контроля и защиты их интересов.

Руководитель направления развития продуктов ФГ «Финам» Кирилл Писцов:

Это не выбор между «инвестиционным инструментом» и «инструментом для ВЭД». Закон одновременно создает оба контура, но на старте они будут развиваться с разной скоростью и иметь разный экономический смысл.
Для российского частного инвестора криптовалюта действительно становится легальным инвестиционным инструментом в регулируемой инфраструктуре: через брокеров, управляющих, криптообменники и цифровые депозитарии. Это важно, прежде всего, как появление понятного, контролируемого и интегрируемого с привычным финансовым рынком канала доступа к криптоактивам, а не как появление принципиально нового класса риска: экономически биткоин или эфир остаются высоковолатильными активами, а не аналогом вклада или облигации.
Однако массовым этот рынок сразу не станет, поскольку неквалифицированный инвестор должен пройти тестирование и сможет покупать наиболее ликвидные активы в пределах 300 тыс. рублей в год через одного посредника; квалифицированным инвесторам доступен более широкий перечень криптовалют, но также после тестирования. Платежи криптовалютой внутри страны остаются запрещены.
Для ВЭД значение закона может оказаться даже более прикладным. Экспортерам и импортерам разрешены трансграничные расчёты криптовалютой без ограничений — напрямую или через посредников. В условиях санкционных ограничений это создаёт легальный механизм расчётов там, где традиционная банковская цепочка дорога, медленна или недоступна, но криптовалюта не отменяет санкционные, комплаенс- и контрагентские риски: она лишь добавляет ещё один расчётный маршрут.

Руководитель маркетингово-коммуникационного агентства «Стратагема» Роман Черёмухин:

Практическая логика решения очевидна: бизнес получает дополнительный инструмент международных расчетов, а государство переводит значительную часть криптооборота из серой зоны в контролируемую инфраструктуру. Однако сводить закон только к обходу санкционных ограничений неверно. Он также регулирует покупку криптовалют гражданами, публичные биржевые торги, хранение цифровых активов, деятельность посредников и майнинг.
Центральный банк получает ключевую роль в допуске и надзоре за участниками рынка. На публичные торги смогут выходить только наиболее крупные и ликвидные криптовалюты, отвечающие установленным критериям, тогда как более широкий набор активов будет доступен квалифицированным инвесторам. Внутренним платёжным средством криптовалюта при этом не становится.