Начало здесь.

В случае же «заморозки» без урегулирования отношения между странами останутся предельно напряженными с перспективой либо возобновления войны, либо перехода ее в гибридную стадию (как было на Донбассе в 2015-2021 годах). Многие украинские комментаторы как раз и призывают готовится к такому сценарию «вечной войны».

Но что это означает для Украины? Это означает отсутствие гарантий безопасности от кого-либо, отсутствие реальных перспектив евроинтеграции, отсутствие серьезных внешних инвестиций для восстановления страны и главное - постепенное истощение в противостоянии с более крупным противником.

Скорость этого истощения будет зависеть от величины поддержки со стороны Запада, у которого, к тому же, есть и свой интерес к отношениям с Россией как с поставщиком ресурсов, рынком сбыта и как с заметным геополитическим игроком. 

Да, для РФ такая перспектива также будет очень неприятной проблемой (особенно для приграничных регионов), но для Украины в перспективе десятилетий это может стать катастрофой, которая обнулит перспективы развития.
 
Как аналог можно привести ситуацию на Донбассе до полномасштабного вторжения.
 
Для Украины (особенно для подконтрольной части Донецкой и Луганской областей) это было проблемой. Но в целом страна могла жить не особо обращая внимание на тлеющий конфликт. Но для территории «ЛДНР» он определял практически всю ситуацию. В случае если война после заморозки перейдет в такой же «гибридный» конфликт (с постоянной угрозой его перехода в активную фазу), то в роли «ЛДНР» будет уже Украина.
 
Чтоб избежать такой перспективы как раз и нужно полноценное мирное урегулирование. Но, с учетом нынешней военной ситуации, когда ни одна из сторон не разгромлена военным путем, оно возможно только путем компромисса.
 
Собственно, Москва и подает «анкориджские договоренности» как готовность к компромиссу со своей стороны: она согласилась снять требования по выводу украинских войск из Запорожской и Херсонской областей, согласилась с гарантиями безопасности Украине и ее членством в ЕС. И даже, по некоторым данным, согласилась внести свои замороженные в Европе резервы в фонд восстановления Украины (хотя и включая восстановление захваченных территорий). 

Однако в Киеве эти договоренности воспринимают не как компромисс, а как принуждение к капитуляции из-за требования вывести войска из Донецкой области. 

При этом украинские власти не говорят на какие они готовы пойти компромиссы ради полноценного мирного урегулирования, если вдруг РФ согласится остановить войну по линии фронта.

В целом же пока складывается впечатление, что обе воюющие страны все ж таки надеются нанести противнику «стратегическое поражение», чтоб продиктовать ему условия завершения войны. А потому и выставляют друг другу заведомо неприемлемые требования в расчете на то, что от них откажутся.

Но чем дольше идет война, чем больше истощаются силы сторон, тем меньше надежд на «безоговорочную капитуляцию врага» и выше готовность к компромиссам, без которых прочное мирное соглашение невозможно.