Предыдущая часть здесь.

Неизвестных организаторов обвиняют в том, что они подводят участников под удар властей. При этом, кто организаторы - мнения расходятся. Некоторые полагают, что это зарубежная антипутинская оппозиция (по стилистике на нее похоже). Другие - что внутренняя «фронда» части элит (об этой версии скажем ниже). Наконец, есть мнение, что это вообще «засланные казачки» спецслужб, чтоб выявить нелояльных граждан, спровоцировав их выйти на протесты.

Параллельно идет раскрутка любых проблемных тем. Вроде массового забоя фермерского скота в Сибири. Вполне возможно, вновь запустят слух о скорой мобилизации. Могут быть и другие «возбудители». Например - обострение по межнациональной теме. Не исключено, что и Киев попробует «подогреть ситуацию», перейдя в наступление, если, конечно, на то силы будут.

Также обращает внимание, что к кампании против ограничений Телеграмм активно подключилась и так называемая «партия смуты», о которой мы писали здесь. Это сеть Z-пабликов ультраправой или откровенно неонацистской направленности, которые активно разгоняли «зраду» накануне мятежа Пригожина, готовя под него почву.

После его провала они умерили свою риторику, прямой критики Путина избегают (хотя в этой среде к нему никакой любви нет), но по-прежнему специализируются на системном розжиге всех возможных противоречий в российском обществе. В первую очередь – между солдатами и командованием армии РФ, а также межнациональных и межрелигиозных (между русскими и мусульманами).

При этом они поддерживают репрессивные действия силовых структур, избиения и пытки задержанных, призывают к расправе над «недобитыми либералами» и к введению смертной казни. Кроме того, они резко выступают против завершения войны на компромиссных условия, требуют идти до Киева и «наконец-то начать воевать с Украиной по-настоящему». Если отбросить словесную шелуху, то «воевать по-настоящему» - это, в их понимании, объявить мобилизацию, затянуть пояса населению ради перевода всей страны на военные рельсы, а также «жахнуть ядеркой». Эта же среда постоянно генерирует наиболее людоедские темы вроде призывов к убийствам украинских военнопленных.
 
То есть, по своим позициям, «партия смуты» бесконечно дальше от понятий свободы слова и пацифизма, чем Путин и отличается от него примерно также как нацист Гитлер отличался от монархиста Гинденбурга.
 
Но, тем не менее, они активно критикуют блокировку Телеграмма и прочие «ограничительные» мероприятия.
 
Сами они говорят, что отключение Телеграмма создает проблемы для военных на фронте. Их недруги заявляют, что они боятся потерять канал приема сборов «на армию», с которых живут.
 
Но очевидно, что, блокировка Телеграмм будет очень серьезным ударом по ним. «Партия смуты» не имеет большого влияния в российском обществе в целом. Однако, она имеет определенное влияние на личный состав армии и силовых структур. Главный канал коммуникаций для «партии смуты» - это телеграмм, где они ведут свои каналы. Блокировка мессенджера информационно-политическое значение «партии» обнулит. 
 
Но есть еще один важный момент. Очевидно, что ни наезды на попытки блокировать Телеграмм, ни разжигание межнациональной розни, ни, тем более, критика командования ВС РФ, не были бы возможны без наличия высоких покровителей. Фактически, представителей «партии смуты» вывели из под действия целого ряда статей уголовного кодекса. В первую очередь – по дискредитации армии. И в этом ее принципиальное отличие от либералов и «партии мира», которым не позволяют и процента того «свободомыслия», что прощается «партии смуты».
 
Почему у нее появились такие привилегии, есть три версии.

Первая – часть башен Кремля использует эту «партию» для борьбы с конкурентами. Причем делает это «краев не замечая». Как было, например, в 2023 году, когда стремление убрать Шойгу из МО РФ с помощью тотальной критики командования армии и раскрутки «Вагнера», породило мятеж Пригожина. К слову, и критику закрытия Телеграмма часто трактуют как борьбу «башен Кремля» - одна из них лоббирует «детелеграммизацию», а другие пытаются поднять против нее бунт.

Окончание здесь.