Предыдущая часть здесь.

Также собеседники журналиста признают, что дронщики постоянно атакуют гражданские машины, дома или людей. «Это делается на последних минутах полета, когда им жалко просто так терять дрон». За один полет дрона могут «задвухсотить» до десятка человек.

Один из украинских военных, Боря, считает, что беспилотники стали оружием массового поражения, и нужно их запретить, как химическое оружие.

Тем не менее, по словам Тараса, россияне «очень быстро идут, по километру или полкилометра в день». Для удержания линии фронта «отдаются приказы, которые рискуют жизнью солдат». Например, на ночные выходы, когда солдаты видны в тепловизор. «Нас так кидали группу за группой — и нашу роту размотали», - говорит Тарас.

«Просто ложат мясо, а пи…ры лезут, по пять населенных пунктов берут каждый день», - комментирует сидящий рядом военный.

«От солдат фонит пессимизмом. Раньше измученные военные горячо возмущались теми, кто не хочет прийти им на смену. Теперь ненависть и презрение сменились обреченным принятием — кто же добровольно сюда полезет. К уходу в СЗЧ теперь тоже относятся с пониманием», - пишет автор.

Журналист также описывает свои впечатление от поездок на поездах по Украине. По его словам, «люди, считающие, что войну надо немедленно заканчивать, начали говорить открыто».

Он описывает спор женщин с военными в плацкартном вагоне. Женщина из Хмельницкой области считает, что с «соседями надо жить мирно» (имея в виду росиян) и «мы не свои жизненные задачи решаем, а чьи-то чужие, которые нам навязали».

Солдаты с ней не согласны, хотя и признают «дальше будет еще хуже». «Проходя по вагону, я слышу, что в другом отсеке тоже обсуждают близкий мир», - добавляет журналист.