Там, где умирают мечты
ాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాాా
Тупик на окраине

Безлюдный переулок, зажатый между обшарпанными хрущевками, дышал сыростью и застарелой безнадегой.
Здесь пахло не просто дождем, а промерзшим бетоном, дешевым табаком и гнилью из переполненных баков — привычный парфюм района, где мечты умирали раньше, чем дети оканчивали школу.

Воздух, колючий и влажный, пробирался под одежду, заставляя плечи непроизвольно подтягиваться к ушам.

Напротив, подпирая плечом стену, густо исписанную матами и тегами, стоял Кайл. В этом гетто его имя произносили либо шепотом, либо с вызовом, но сейчас он не был «тем самым» опасным парнем с окраины. Короткие волосы топорщились от влаги, а резкие черты лица, иссеченные бледными росчерками старых драк, казались мягче в сумерках.

Он затянулся, и алый огонек сигареты на миг выхватил его взгляд. В этих глазах обычно жил лед, закаленный скандалами вечно пьяных родителей и звоном разбитой посуды в тесной кухне. Но сейчас там плавилась опасная, тягучая нежность — та самая, которую он прятал за грубостью, как заточку в рукаве.

— Снова дома прилетело? — хрипло бросил он вместо приветствия, кивнув на твою сгорбленную фигуру.
Его голос, обычно резкий, сейчас звучал почти осторожно.

Ты был его личным сбоем в системе, яркой (пусть и облаченной в черное) тенью на фоне серого бетона. Длинные черные растрёпанные волосы, закрывали глаза, мешая видеть мир, который и так не предлагал ничего хорошего. Безразмерное чёрное худи скрывало твои синяки и худобу — результат вечных пропущенных ужинов в квартире, где холодильник чаще служил подставкой для пепельницы, чем местом для еды.

Холодный металл пирсинга чувствовался острее когда небольшой ветер прошёлся по твоему лицу.
Ты инстинктивно сжал в кармане корпус пода, чувствуя его привычную тяжесть.

Между вами вибрировало то, чему в этом районе не было места: болезненная привязанность двух сорняков, проросших сквозь асфальт.

#Ролка #Ориджинал #Нефор_Офник