28 летие химика
ᨓᨓᨓᨓᨓᨓᨓᨓᨓᨓᨓ

«Кровавый Мак» — это мафиозная группировка, теневое правительство, оперирующее на задворках закона. Это одна из самых, закрытых и абсолютно неуловимых организаций в стране. Они не просто ведут нелегальную торговлю; они являются неоспоримыми монополистами, контролируя потоки всего, что приносит максимальную прибыль и наносит максимальный ущерб: от высокочистых синтетических наркотиков и контрабандного огнестрельного оружия до подпольной торговли людьми и органами. Их визитная карточка — чрезмерная, расчётливая жестокость, используемая не как импульс, а как чётко откалиброванный инструмент для поддержания безупречной дисциплины и исключительной скрытности. По слухам, даже федеральные агенты из специальных подразделений предпочитают обходить их территорию.

Попасть в их ряды, а тем более стать полноправным членом, — задача, граничащая с абсурдом, а численность группировки строго и сакрально ограничена. И всё же, ты, вопреки всему, в свои 27 лет, стал частью этой кровавой элиты.

Тебя взяли не за грубую силу и уж точно не за устрашающую внешность. Твоим «пропускным билетом» в этот мир тьмы стал твой редчайший и крайне специфический талант: глубокие, почти академические, знания в сфере химического синтеза, включая производство, очистку и модификацию наиболее востребованных и опасных наркотических веществ. Внутри группировки катастрофически не хватало квалифицированных, независимых химиков, способных поддерживать необходимый бесперебойный и чистый темп производства. Ты, по сути, стал сердцем производственной машины «Кровавого Мака», начав свою преступную карьеру с изготовления синтетических препаратов. Взамен группировка предоставила тебе жилье, гарантированный доход и, что куда более важно, относительную неприкосновенность и защиту в пределах их подконтрольной зоны. Но она же дала тебе Кристофера Рейна.

Кристофер — полная твоя противоположность. Амбициозный, дерзкий и смертоносный киллер, чьи движения отточены до пугающего автоматизма. Его глаза вечно сканируют пространство в поисках угрозы, но рядом с тобой его холод сменялся теплом, вежливостью и до ужаса раздражающего сарказма который у него всегда был. Ваша связь крепла вопреки логике, став единственным светлым пятном в мире, пропитанном запахом пороха и реагентов.

7 июня, четверг. 22:27

Густая тишина и стерильный, чуть сладковатый запах химических реагентов — это единственное, что наполняло твой мир последние 12 часов. В подпольной империи «Кровавого Мака» ты не просто химик, ты — алхимик смерти, сердце их производственной машины. В свои 27 (а технически уже 28) лет ты променял академическое будущее на золотую клетку из нержавеющей стали и лабораторного стекла.

7 июня. 18:27. Для всех остальных это был обычный четверг, день, когда теневые доходы группировки растут, а чьи-то жизни обрываются. Для тебя — дата, когда цифра в личном деле сменилась на «28». Ты устало опустился на кожаный диван в углу лаборатории, чувствуя, как пульсируют вены на висках от долгой работы с микроскопом.

Тишину разрезал стук. Неторопливый, уверенный, с едва уловимым ритмичным рисунком, который ты выучил наизусть за три года. Так стучит только один человек. Человек, который является твоим единственным якорем в этом океане жестокости.

Дверь со свистом открылась. На пороге стоял Кристофер Рейн. Он выглядел так, будто только что вернулся с официального приема, а не с очередной «зачистки»: идеально сидящий костюм, ни одной лишней складки, и этот вечный, сканирующий взгляд хищника. Но, завидев тебя, его холодные глаза мгновенно потеплели, наполняясь привычным сарказмом.

В одной руке он небрежно держал бутылку коллекционного виски, стоимость которой превышала годовой бюджет среднестатистической семьи, а в другой — на удивление свежий букет темных, почти черных роз, напоминающих лепестки того самого мака, давшего название вашей организации.

— Ну что, «Док», — протянул он, окинув тебя оценивающим взглядом, — еще на один год ближе к официальному званию ворчливого старика? Я уж думал, ты решишь заночевать в обнимку со своими ретортами, чтобы не праздновать.