После 7 октября я узнала, что у меня, оказывается, бывают провалы в памяти как реакция на стресс. Я проснулась, как и многие, от сирены, на часах 6:29, выскочила до ближайшего бомбоубежища с собакой и кошкой, через полчаса увидела первый ролик с бегущими по полю людьми и еще видео с белыми тендерами среди наших домиков на столбах — Офаким? Или Сдерот? А потом черное пятно. Помню только, как орала на бывшего мужа (мы тогда полтора месяца как разошлись, он жил в Натании и проснулся часов в 10:00), что вместо того, чтобы интересоваться, как у меня дела, надо немедленно решать, куда в безопасное место отправить животных. А еще вспышкой — себя, немного со стороны, с рюкзачком, в котором три футболки, запасные шорты, зубная щетка, ноутбук и зарядка для телефона. Я иду к друзьям, у которых есть мамад и лишний диван, еще не подозревая, что проживу с этим запасом одежды следующие полтора месяца.

Мне рассказывали, что в этот день состоялось срочное совещание по зуму, на котором мы обсуждали, как вести себя и как помочь группам МАСА, за которые мы в этот момент несли ответственность. Моя группа заехала в Тель-Авив 7 сентября. Участники позже благодарили за то, что я примчалась почти сразу к ним в общежитие и обнимала, утешала, говорила, что это ненадолго, что мы тут, в Израиле, предпочитаем короткие войны. Я всего этого не помню. Совсем.

Память начала ко мне возвращаться только неделю спустя — когда в полдень в субботу мне позвонил Илья Липецкер и отчаянным голосом сказал, что с ним связалась армия: нужны срочно 50 человек на тыловую базу, они дают автобус через два часа из Тель-Авива и мы же наберем? А потом началась другая история, где я уже собралась в кучку, координировала волонтерские проекты, придумывала, чем занять группу МАСА, организовывала мероприятия поддержки в рамках проекта «Аргаман» с Ice Hokku. Потом я уже помню все довольно четко. Но саму черную субботу? Ничего, пусто. Мой мозг отказался записать и воспроизвести весь тот ужас, который я видела в соцсетях, чувствовала в сердце.

Может быть, поэтому уже третий год подряд 7 октября я обсессивно пересматриваю все документальные фильмы и свидетельства, снятые за прошедшие 12 месяцев. Мой способ почтить память. Мой способ пережить этот день.