Господа, я посмотрел «Одиссею» и имею с вами поделиться.

Нолан - скучный режиссёр.

Да, это моё мнение.

Я убеждён, что там, где нет аттракциона, Нолан скучен, предсказуем, дидактичен и прямолинеен.

Все свои лучшие фильмы он снял, опираясь именно на аттракцион. Начиная с дебютного «Мементо» и продолжая «Началом», «Интерстелларом» и «Доводом». В каждом из них есть большая придумка, конструкция, формальный трюк, который становится двигателем всего фильма.

В эту логику не очень укладывается «Бэтмен». Но, на мой взгляд, это как раз проявление — в хорошем смысле — продюсерского диктата. Там аттракцион был задан изначально: мир, герой, жанр, мифология.

Начиная с «Дюнкерка», мне скучно смотреть фильмы Нолана.

И вот ещё что мне кажется важным. В последних работах он всё чаще как будто придумывает одну сцену - и от неё строит весь фильм. Особенно это заметно в абсолютно, на мой взгляд, тягомотном и теряющемся в самоповторах «Оппенгеймере».

Есть сцена, где Оппенгеймер выступает перед своими сотрудниками после Хиросимы. Вот она придумана. Вот ради неё, кажется, и существует весь фильм. В ней есть режиссура, аттракцион, субъективность, звук, ужас, толпа, внутреннее состояние героя — всё то, что Нолан умеет делать блестяще.

Но между такими сценами остаются люди, которые должны разговаривать.

А с этим у Нолана, на мой взгляд, всегда были проблемы. Ужасные диалоги в его фильмах отмечали и критики, и зрители не раз. Просто раньше это было легко простить, потому что было не скучно.

И ещё - он слишком рационален. Мне не хватает эмоционального подключения. Причём драматургически оно как будто всё время подразумевается. Я понимаю, где мне должно быть страшно. Где больно. Где я должен почувствовать тоску человека, который десять лет пытается вернуться домой. Где должна возникнуть любовь к Пенелопе, страх за сына, ужас войны, вина, потеря, одиночество.

Я всё это понимаю.

Но именно понимаю.

Не чувствую.

Нолан объясняет мне эмоцию, конструирует её, окружает музыкой, масштабом, монтажом, изображением - но почему-то не заставляет её прожить. Как будто между мной и героем всё время остаётся стекло.

Сейчас скучно.

Во всяком случае, мне.

Я всё понимаю: и актуальность антивоенного кино, и авторский взгляд на ПТСР героя (хотя «Одиссея» писалась с несколько другими смыслами и столетиями читалась людьми с совершенно другими убеждениями).

Всё понимаю.

Но скучно.

А вам как?