Профессия режиссёра очень эгоцентрична, что часто приводит к желанию контролировать все процессы самостоятельно. Это желание непременно своими руками создать
Я только с опытом — с возрастом — стал понимать прелесть делегирования ответственности другим участникам группы. Но и эта привилегия, конечно же, появилась благодаря тому, что я оброс «своими людьми».
И как это ни страшно звучит, но я больше не стремлюсь снять всё сам.
Какое счастье, что сейчас появились отличные режиссёры экшн-сцен. Чаще всего это выходцы из среды каскадёров. Они любят и знают своё дело и берут на себя все эти подчас муторные процессы разработки, подготовки и исполнения трюковых сцен.
Раньше такое нам могло только сниться. А сейчас — прямо «Голливуд».
Ты даже в общих чертах можешь рассказать, что хочешь от сцены, обозначить её хронометраж, а дальше тебе предлагают сценарное решение, показывают визуализацию, предлагают варианты монтажа.
Кайф.
Сейчас мне уже скучны экшн-сцены. Во-первых, потому что зачастую они связаны с ответственностью за безопасность людей, а она, на мой взгляд, лежит вне сферы режиссёрских компетенций. А во-вторых, экшн — это просто понимание механики киноаттракциона.
Мне кажется, режиссёр всё же должен заниматься душой персонажей, разработкой характеров, отношениями между людьми.
А ещё я с большим удовольствием отдаю некоторые сцены на откуп second unit.
Например, съёмка деталей может съесть очень ценное время внутри съёмочного дня. И если у вас есть дружеский костыль в лице профессионального второго режиссёра, такие сцены с лёгкостью можно отписывать ему.
Тем более я помню себя, когда только начинал работать в кино: с каким удовольствием и рвением я хватался за такую работу — за саму возможность, «поснимать кино».
Так, например, на «Трассе» у second unit, возглавляемого нашим креативным продюсером Максом Ивановым, было больше десяти смен. И только благодаря грамотному планированию, самоотверженности и таланту этих людей мы смогли снять кино в установленные сроки.
Конечно, здесь есть важное «но».
Отдавать на second unit важные игровые сцены может быть опасно. Потому что у каждого режиссёра своё видение. И полностью совпадать оно не может просто потому, что каждый человек индивидуален.
Поэтому делегирование для режиссёра — это не «мне всё равно, снимите без меня». Наоборот. Это умение понять, где без тебя действительно нельзя, а где твоё присутствие — просто привычка всё контролировать.
Ну и, наверное, единственная вещь, которую я пока не понимаю, как делегировать, — это актёрские пробы.
Хотя правильнее сказать: я не понимаю, как вообще можно делегировать их кому-то?!
Помимо того, что ты как режиссёр теряешь редкую возможность получше изучить артиста — не только как артиста, но и как человека, с которым тебе потом придётся работать, — это же ещё и возможность заранее договориться о правилах игры. А они у нас у всех разные.
Да и просто — это вопрос взаимного уважения.
Хотя нет… каюсь. Бывает, что совсем мелкие эпизоды я «делегирую» кастинг-директору, но, в случае с моим кастинг-директором Марией Судницыной - это для нас возможность посмотреть еще больше артистов «на будущее».
Вообще, между делегированием и обычной ленью проходит очень тонкая грань. Потому что всегда можно красиво объяснить себе, что ты «доверяешь команде», хотя на самом деле тебе просто не хочется этим заниматься.
И умение честно отличить одно от другого — наверное, одна из важнейших черт профессионала.
А вы в своей профессии уже научились понимать, что обязательно должны делать сами, а что пора отдать другим? И где для вас проходит грань между делегированием и обычной ленью? 😉