СТ @stalinagurevich
Forwarded from ФРИДРИХ 🎭
Telegram Донецкий стрингер (Бородатый документалист) Проголосовалъ 🫡Forwarded from РЕПОРТЁРЫ
Генпрокурор Гуцан на заседании Межгосударственного совета по противодействию коррупции поднял интересный вопрос: что делать с богатством коррупционера после его смерти? Ответил он на него коротко: изымать у наследников в доход государства. Причём независимо от сроков владения и передачи третьим лицам.
Я, честно, за. Спорить с бывшим начальником отдела дознания я, наверное, не буду. Чисто по-человечески и с точки зрения справедливости мне кажется, что такой подход правильный. Но, с другой стороны, доказать, что человек был коррупционером, сложно.
Во времена революции был такой лозунг: «экспроприация у экспроприаторов». Примерно это Гуцан сейчас и продвигает.
По закону человека коррупционером можно признать исключительно в судебном порядке. Следствие должно доказать, что имущество было добыто преступным путём. Коррупционные иски в гражданских судах, по которым у человека изымают имущество без установления факта нарушений, — это дикая история.
Все ведущие юристы уголовной специализации смотрят на это недоумённо. Если человек умер, не будучи признан виновным, что именно вы собираетесь изымать? И на каком основании?
Не может ли здесь быть такая ситуация, когда какому-нибудь большому чиновнику из Генпрокуратуры приглянулся особнячок? Он может сказать: «А не добыт ли этот дом коррупционным путём? Наверное, добыт. Давайте его изымем».
Предположим, что коррупционер всё же умер. Но чтобы так говорить, нужно признать его виновным вступившим в силу решением суда о прекращении уголовного дела в связи со смертью обвиняемого.
Но и этого недостаточно для изъятия имущества. Требуется доказать, что он «накоррупционерил» именно на ту сумму, которую собираются забрать в пользу государства.
Вместо «воздуханства» с больших трибун нужно заехать к начальникам отделов и чиновникам, которые живут на Рублёвке, и сверить зарплаты с их уровнем жизни. Что мы будем делать с их благосостоянием? Устанавливать преступный характер, изымать имущество и пополнять казну.
Если вы доказали, что, например, «Запорожец» ворованный, то, пожалуйста, забирайте в пользу государства. А если это уже собственность сына? Закон допускает изъятие имущества у лица, не являющегося обвиняемым, при доказанности его преступного происхождения.
Forwarded from Lomovka
Ситуационный центр совершенно прекрасен. Я сейчас здесь погуляла, посмотрела, как работают волонтеры, как работает центр. И у меня такое ощущение, что мышь не проскочит, потому что все наблюдается очень внимательно.
Прямая трансляция со всех избирательных участков. Очень много молодежи. Мне понравилось, что ребята, которые действительно заинтересованы в будущем нашей страны, круглосуточно наблюдают за выборами, принимают звонки с избирательных участков, обрабатывают информацию о возможных нарушениях.
Поэтому те, кто будет сейчас кричать — а это, конечно, будет неизбежно, — что нарушений огромное количество и разные нехорошие люди подделывают выборы, должны понимать: из того, что я увидела, сделать это будет крайне затруднительно. Контроль очень и очень серьезный.
Во-первых, у вас появится право потом говорить: «Я голосовал не за то, что что-то избирают или что-то принимают». Вы сами определяете будущее нашей страны. Именно в наших руках это будущее. Мы сами должны решать, как и в каком направлении должна двигаться наша страна. И сделать это, конечно, возможно только придя и отдав свой голос за ту партию и тех кандидатов, которых вы считаете нужными, которым вы хотите доверить определение будущего нашей страны на ближайшие годы.
Forwarded from РЕПОРТЁРЫ
Благотворительность — это прекрасно и необходимо. Сильный помогает слабому. Это норма здорового общества. Но это в первую очередь ответственность. Особенно когда речь идёт о системных игроках: фондах, организациях, людях, которые берут на себя функцию сбора и распределения чужих денег.
С развитием интернета и на фоне СВО, когда огромное количество людей хочет быть причастным и помогать нашим военным, в благотворительном секторе развелось огромное количество не очень добросовестных людей. Но пользуются желанием помочь. И вот это — серьёзная проблема.
Необходимость в изменении законодательства, касающегося благотворительного сектора, уже назрела. В первую очередь речь идёт о безотчётных денежных сборах на личные карты, реквизиты которых публикуются со словами: «Шлите мне деньги, а я их буду как-нибудь распределять».
На этих картах аккумулируются миллиарды рублей, но они не облагаются налогами и их никто не контролирует. Поэтому я считаю, что такие сборы нужно запрещать, в том числе со стороны фондов. Человек может зарегистрировать такую организацию, по счетам которой будет проходить миллион рублей. Минюст проверит это и не увидит проблем.
Но по личным картам переводы будут насчитывать миллиард. Куда он оседает и на что идёт — никто не знает. Поэтому ранее предлагалось, чтобы все благотворительные сборы велись на специально открытый счёт, привязанный, например, к аккаунту на «Госуслугах».
Так каждый человек, отправивший деньги, смог бы зайти и посмотреть не только свою копейку, но и движения всех средств по этому счёту. Иначе непонятно, куда и на что идут средства.
Мы сталкиваемся с абсолютно дикими историями. Фонд, собирающий деньги на карту директора, публикует отчёт и говорит: «Мы купили "Золгенсму" Васе, Пете и Ване». Это дорогой препарат от спинально-мышечной атрофии, стоящий полтора миллиона долларов за укол. Но в итоге выясняется, что его приобрела президентская организация «Круг добра».
Есть документы, которые всё доказывают. Но никто это не проверяет, говоря: «Это же благотворительная организация, мы пришли, Минюст всё посмотрел, отчёты вроде есть. Значит, всё хорошо». Но проблема не в отчётах, а в том, что деньги, собираемые на личные карты, никто никогда не контролирует.
Forwarded from РЕПОРТЁРЫ
Forwarded from @GrDan
