Плоская Полина живёт уже давно — её плоские годы тянутся дольше наших объёмных лет. Каждое утро — будний ли день, выходной ли — Плоская Полина вытягивается из своей комнаты в коммуналке и вплывает в троллейбус всей колышущейся массой. Плоскую Полину никто не замечает, потому что она обвивает самый высокий поручень и только иногда бьёт током самых высоких людей с самыми загребущими руками. Плоская Полина катается на троллейбусе по кругу до полудня, затем идёт на работу — каждый день. Плоская Полина работает рекламными баннерами и растяжками. Однажды Плоской Полиной накрыли целый дом и ей полгода пришлось работать потёмкинской деревней — все полгода она не каталась на троллейбусе и никого не била током. Заплатили в итоге очень мало.
Плоская Полина иногда сворачивается в рулон в углу своей комнаты в коммуналке и хрипит. Это её способ справляться с эмоциями.
Он думал, а пальцы его расчесывали волнистый песчаный берег. Песок был горячим и злым, и мысли его были злыми. Солнце нагревало песок и он трескался и гудел, Гарри виднелось как он взрывался, как взрывается кукуруза попкорном.
День плавно угасал, все живое замирало и все мертвое, сбрасывая пелену сна, оживало то скрипом, то тяжелой поступью, то задушенным в самом своем начале неловким движением.
Гарри сидел на берегу и наблюдал за тем как рождается страх. Он не говорил об этом именно так, хотя именно так и чувствовал.