Он думал, а пальцы его расчесывали волнистый песчаный берег. Песок был горячим и злым, и мысли его были злыми. Солнце нагревало песок и он трескался и гудел, Гарри виднелось как он взрывался, как взрывается кукуруза попкорном.

День плавно угасал, все живое замирало и все мертвое, сбрасывая пелену сна, оживало то скрипом, то тяжелой поступью, то задушенным в самом своем начале неловким движением.

Гарри сидел на берегу и наблюдал за тем как рождается страх. Он не говорил об этом именно так, хотя именно так и чувствовал.