Стратегическая диспозиция по рублю – стоит ли ждать прорыва выше сотки?

В среднесрочной перспективе тренд на девальвацию рубля предопределен в соответствии с актуальной конфигурацией трансграничных потоков капитала и приростом рублевой денежной массы.

В данном случае не так важно, будет ли девальвация ступенчатой (агрессивный период ослабления рубля с последующей консолидацией на 6-10 месяцев) или в плавном непрерывном режиме низкой интенсивности.

Что следует учитывать в контексте рубля? Темпы прироста рублевой денежной, специфику трансграничных расчетов, склонность к оттоку капитала, величину профицита счета текущих операций.

Сейчас двухлетние темпы прироста денежной массы в России составляют 46-50% (это около 32 трлн руб чистого прироста за два года) по сравнению с 13-26%, которые наблюдались с 2015 по 2021 (в среднем чуть больше 20%), т.е. с 2022 темпы выросли в 2.5 раза в относительном выражении. Основным источником прироста денежной массы являются кредитный и бюджетный каналы.

Насыщение экономики ликвидностью создает платежеспособный спрос на импорт товаров и услуг и увеличивает способность (но не всегда склонность) к оттоку капитала. Рублевая денежная масса, выраженная в долларах, имеет высокую долгосрочную корреляцию с интегральным оттоком валюты по всем направлениям.

Чем балансируется дисбаланс избыточности рублевой денежной массы в контексте валютного рынка?

• Высоким притоком валюты (экспорт товаров и услуг, инвестсчета в рамках прямых или портфельных инвестиций, внешнее фондирование и так далее). Так было в 2004-2008, когда высокие темпы роста денежной массы балансировались рекордным за всю историю России притоком капитала относительно ВВП и рубль укреплялся, а резервы росли.

• Рыночными механизмами через курс рубля. В среднесрочной перспективе среднеквартальный курс рубля балансируется в соответствии с профицитом СТО. Другими словами, если профицита СТО недостаточно, а денежная масса растет быстро, курс рубля ослабевает в темпах прироста денежной массы, чтобы сбить избыточный платежеспособный спрос на импорт и отток капитала – это было в середине 2023.

В 2015-2020 профицит СТО был относительно слабым, но тогда денежная масса росла экстремально низкими темпами, и это позволяло курсу рубля быть устойчивым.

• Стравливание золотовалютных резервов (ограниченно эффективная мера), чтобы устранить разрывы в платежном балансе, генерируемыми частным сектором экономики, и стабилизировать валютный рынок. Примерно этим занимается Банк России с 2023, «погасив» ЗВР на 10 млрд в 2023 и еще на 6.9 млрд в 1кв24.

Сброс ЗВР не может продолжаться вечно, учитывая, что ликвидных и доступных к продаже ЗВР осталось достаточно мало (около 200 млрд долл).

• Административные меры контроля капитала (эффективны исключительно краткосрочно в режиме экстренного закрытия дыр в пределах 1-6 месяцев, но крайне неэффективны долгосрочно). Всегда, во все времена и во всех странах мира административные меры контроля капитала приводили к появлению черного рынка валюты, множественным курсам и неизбежной будущей девальвации опережающими темпами. Можно держать курс два-три года, а потом девальвировать в три раза, законы экономики обмануть и обуздать невозможно.

Хороший сценарий для России заключается в темпах девальвации плюс-минус на уровне прироста денежной массы, но может быть и плохой сценарий.

• Специфика трансграничных расчетов с 2022 предполагает накопление дебиторки и торговых кредитов из-за особых партнеров (Белоруссия, Турция, страны СНГ) и часто возникающих трудностей в расчетах с Китаем и Индией (лаги в расчетах и ограниченно конвертируемая валюта).

• По комплексу причин может возникнуть концентрированный отток капитала, который был в 3кв23, что усиливало давление на рубль.

• Может произойти сжатие СТО из-за усиление контроля за санкциями, падения цен, спроса на сырье вследствие глобального кризиса.

Поэтому прорыв выше сотки – вопрос времени, в конце 2024 – скорее да, чем нет.