«Напряженная борьба, которую работники прокуратуры и суда вместе с Наркоматом связи ведут со злоупотреблениями и хищениями в органах связи, дает свои результаты. Отчеты за 1935 г. показывают уменьшение хищений и потерь почты по всем союзным республикам. Так конъюктурный обзор почтового управления Наркомсвязи показывает, что утраты и хищения посылок и регистрируемых писем за минувший год значительно снизились по сравнению с 1934 г. По РСФСР с 1621 тыс. руб. до 1222 тыс. руб.; по УССР с 228 тыс. руб. до 112 тыс. руб.; по ЗСФСР со 122 до 41 тыс. руб.; по ТуркССР с 42 до 20 тыс. руб.; по БССР с 12 до 8 тыс. руб.
Только по Узбекской ССР сумма хищений выросла с 43 тыс. до 102 тыс. руб. и по Таджикской ССР с 9 тыс. до 12 тыс. руб.
В целом по СССР сумма хищений посылок и писем снизилась с 2087 тыс. в 1934 г. до 1517 тыс. руб. в 1935 г.
Однако если обратить внимание на количество похищенных посылок, то процент снижения окажется меньшим.
В 1934 г. было зарегистрировано похищение и утрата 20 600 посылок и регистрируемых писем. В 1935 г. — 18 560. Цифра очень серьезная сама по себе. Но ведь надо учесть, что приведенные цифры говорят только об одном участке связи, что множество злоупотреблений совершается в переводном хозяйстве связи, что ежегодно оно теряет миллионы рублей от выплат по подложным переводам и от двойных выплат, неизвестных телеграфам Западной Европы и Америки».
Если что, сохранена орфография оригинальной статьи (чтобы не спрашивали про слово «конъюнктурный»).
📩 Вообще, почта в нашей стране всегда была направлением проблемным. События 1917 года и последовавшая за ними Гражданская война эти проблемы лишь усугубили — теперь хищения и всякого рода почтовые махинации стали системными.
В 1931-м Наркомат почт и телеграфов СССР (с 1932-го — Наркомат связи, Наркомсвязь СССР) возглавил опальный Алексей Рыков. Он оценил состояние дел в рамках своего ведомства и осознал масштаб проблем.
В статье из советского журнала прокуратуры сведения за 1933 год не указываются, однако если верить современному «Коммерсанту» (материал Е.Жирнова «Дело о рекордном воровстве на почте» за 2013 год), то стоимость потерянных, похищенных и неврученных посылок лишь в первом квартале 1933-го достигла 6 млн рублей. Естественно, такое положение дел на почте, к тому же на фоне форсированной индустриализации, влекло и проблемы экономического характера.
Рыков обратился за помощью к прокуратуре (отсюда наверняка и внимание к этой теме в журнале «Социалистическая законность»).
📰 Прокуроры отметили не только проблему правового статуса инспекции связи в вопросах расследования дел о хищениях на почте (отсутствие функций дознания по УПК), но и укололи за недальновидность самого Рыкова («Социалистическая законность», там же):
«Существовавшие несколько лет на основе положения о них 1927 г. инспекции связи были затем упразднены и только после наметившейся необходимости усиления борьбы с преступностью в органах связи возрождены приказом наркома связи, изданным на основе резолюций I Всесоюзного совещания работников связи и прокуратуры в декабре 1934 г.
Этот приказ наркома (5/I 1935 г. за № 14 — Бюлл. НКСвязи № 1) возлагает на инспекцию «непосредственное расследование хищений и злоупотреблений».
А упразднил ее сам Рыков (потом уже и восстановил).
«Коммерсантъ» указывает, что это Всесоюзное совещание происходило в формате радиопереклички — эдакое селекторное совещание получается.
Впрочем, хищения на почте до конца так и не побороли. Мало того, на фоне всей этой борьбы проблема несвоевременной доставки почтовых отправлений в «тридцатых» лишь усугубилась: рядовые работники развозить почту особо уже и не торопились, руководствуясь логикой «чем меньше корреспонденции, тем меньше ответственности».
Да и Рыкову эта бурная деятельность избежать его незавидной участи не помогла. Если что, бывшего члена Политбюро и председателя Совнаркома СССР и РСФСР в 1938-м расстреляли.
Борьба с преступлениями против раскрепощения женщин-националок