Забег по Аляшеву, V часть

«За твоим окном» – почти финальная работа Аляшева («Ой, куда мы залетели» не смотрели, увы, на Амальрика переключились), и самая, самая странная. Страннее «Мартышки и смычков».
Её даже пересказать сложно: вот есть двор. Во дворе – бабки, расхристанный парень с двумя тёлочками, какие-то мужики играют в доминошки…
А рядом – горы. А в горах – орёл.
И орлу не получается кушать. Хватает овцу – стреляет чабан. Хватает куру – грызёт собака.
Каждый раз после неудачного покушения внимание зрителя переключается на двор и… там ничего не происходит. Вообще. Жизнь и жизнь. Ну, только бумажные самолётики прилетают, и дворник их убирает.
Одному из мужиков, играющих в домино, жена скидывает жрац, и орёл испытывает крайнюю степень отчаяния. Он хватает мужика, сажает на вершину своей горы, превращается в этого мужика… а, оказывается, его соседи-собутыльники – тоже оборотни, занявшие места дворовых мужиков. Тоже пришедшие от голода.
И самолётики летят. И дворник их сгоняет. Кстати, читала в отличной статье в сборнике антропологических исследований «Кирпичики», что бог в советской литературе часто ассоциировался с дворником. Вот, мне кажется…
Никакой такой фигни за моим окном не происходит. Но очень, очень жаль.
Честно, я б почитала киноведческое или даже филологическое исследование этой истории. Она как коан, её разгадывать здорово.

Поэтому мне нравится Аляшев. Он странный. У него есть действительно художественное видение; я затрудняюсь сказать, какое, человека разбрасывает от кукольных поделок, которые никому не интересны, до «За твоим окном», но как раз неоднородность этого пути ужасно интересная. Непохоже, что человек просто раз за разом отрабатывал заказы и получал по рублю за штуку. Да и незаинтересованные люди экспериментаторством не занимаются, и не говорят с таким вдохновением о своей профессии (а почитать Аляшева можно много где)...

Я не жалею, что посмотрела, хотя порой это было мучительно.