Забег по Аляшеву, часть IV

Но Аляшев пробовал создавать и взрослую анимацию. «Притча о ромашках» – это такая тодординовщина, но без лаконичного элегантного рисунка мастера и, опять же, без его умения работать со временем. Чуется, что Аляшев интересовался, по крайней мере, польской и болгарской анимацией, и «Притча о ромашках» действительно пытается быть притчей – и, да, о победе цветков над урбанизацией (эх, надо «Маргаритку» пересмотреть, классика). Вот только послание разжижается за счёт объёма, а ещё – за счёт неконкретности образности. По тому, как Аляшев воспроизводит своих героев, получается, что столкновение не между душевным романтиком и примитивным, стремящимся к комфорту чурбаном, а между нормальным хозяйственным мужиком и дурачком. Это не то чтобы я разделяю ценности первого и не разделяю второго (хотя отчасти) – протест против конформизма важная часть культуры.
Но в чём проблема квадратного мужика с домишком, я так и не поняла. Утку застрелил? Ну, плохо, конечно, но второй чем питаться-то будет, ромашками?

«Над нами не каплет» – ещё более странная штука, потому что… Ну вот, хорошая тема для агитки: нельзя тратить понапрасну воду. Всем бы такую директиву, так что послание актуально. Как только вы потратили всю воду на ерунду, умерли рыбки, земля превратилась в пустыню, ой, плохо-плохо, ужас-ужас.
…а почему люди заливали свой дом водой, им же его ремонтировать?
…кто, блин, заливает воду в выхлопную трубу автомобиля?
…правильно ли я понимаю, что спасение в городах, и воду можно брать там?
…а почему бедуин взял для своего верблюда и цветочка не тонны избытка воды, а всего одну капельку? Я понимаю, художественное преувеличение, но есть предел, когда метафора работает: я не уверена, что капелька со смуглого пальца бедуина прокормит и верблюда, и цветочек…