Поведенческий иммунитет или Зачем нам брезгливость?
#21век #disgust #BIS

Прыгаем от классики к современности: современная эволюционная парадигма рассматривает многие психические функции и поведенческие реакции через призму естественного отбора: подразумевается, что раз что-то есть, то возможно, оно зачем-то надо.

Одна из интересных концепций в этой парадигме - реакция на патогенную угрозу внешней среды (pathogen threat). Исторически люди жили (а многие и до сих пор живут) в среде с повышенным риском что-нибудь подцепить. И кроме иммунной реакции организма, у нас (как и у многих животных до нас) развились разные поведенческие реакции избегания и отвращения, которые призваны нас обезопасить. Почти у всех нас есть реакция отвращения на на насекомых и фекалии, - но возможно немногие задумывались о том, что похожая же реакция возникает на некоторые социальные явления.

Замечали ли вы, что подспудно нам меньше нравятся люди с признаками кожных заболеваний и с лишним весом (возможные симптомы заболеваний)? Все мы не очень терпимы к иностранцам, особенно из малознакомых и более бедных культур (возможные разносчики неизвестных зараз, к которым у нас нет иммунитета). Мы порицаем слишком свободные сексуальные связи (источник заболеваний, передающихся половым путем). Все это звенья одной цепи - нашей попытки избежать заражения, потому что для организма это дешевле, чем заразиться и запускать иммунный ответ.

Корреляционные исследования показывают, что чем ниже у людей иммунитет, тем менее они общительны (Duncan, Schaller, & Park, 2009). В лабораторных экспериментах люди, которые только что посмотрели фотографии кожи с инфекциями, голосуют против распределения государственного бюджета в пользу иммигрантов из малознакомых стран (Faulkner et al., 2004). Культуры по всему миру различаются по уровню коллективизма в прямой зависимости от того, насколько сильно над ними исторически нависала угроза заражения (Fincher et al., 2008). Даже политические взгляды статистически довольно надежно предсказываются патогенной агрессивностью среды: чем выше угроза, тем консервативнее взгляды (Thornhill et al., 2009).

Любопытно, что этот поведенческий иммунитет (behavioral immune system) работает, похоже, довольно консервативно, по принципу пожарной сигнализации: лучше ложная тревога на случайный дымок, чем пропустить реальный пожар. Поэтому некоторые наши реакции чрезмерны - мы избегаем заразы даже тогда, когда ее нет, а есть только что отдалённо ее напоминающее. Например, люди отказываются есть вкуснейший шоколадный десерт, если его сделали в форме собачьих экскрементов (Rozin et al., 1986). Так же и с социальными связями, которыми мы часто жертвуем по странным, а иногда даже неведомым нам самим причинам (например, признаки кожной инфекции) - и все это чтобы не заразиться. Видимо, в ходе эволюции эта стратегия оказалась самой адаптивной для выживания: то есть это цена, которую мы платим за безопасность.

Одновременно замечено, что система поведенческого иммунитета обладает некоторой гибкостью: например, у одного и того же человека могут наблюдаться колебания в уровне брезгливости, в зависимости от текущего уровня иммунитета (вспомните знаменитую брезгливость у беременных).

Все это как никогда актуально сейчас, во время коронавируса. По сути человечество включило коллективный поведенческий иммунитет, сев на карантин. Не болейте!