Решения в условиях неопределенности или Насколько мы на самом деле рациональны? Часть 2
#часть2 #классика #rationality #heuristics #availability

Второй класс "ошибок восприятия" (biases) Канеман и Тверски объединили в так называемую "эвристику доступности". Это простое (и в общем-то полезное) правило, когда мы судим о размере или частоте явления по тому, насколько нам легко его вспомнить или представить.

Самое большое население из приведенного списка стран на самом деле у Танзании (56 млн). Далее следуют Аргентина (44 млн), Польша (37 млн), Австралия (24 млн), Сирия (16 млн), Греция (10 млн) и наконец Эмираты (9 млн). Но то, что больше людей выбирают ОАЭ, чем Танзанию, не так уж удивительно: если вы не заучивали наизусть таблицу стран мира или не работаете плотно с Африкой, то скорее всего в вашем информационном поле Танзания появляется не так часто, - в отличие от Эмиратов или, например, Сирии. Другой классический пример (уже приевшийся) - это риск погибнуть в авиа- vs. автокатастрофе: раньше (до того как знать про эвристики стало мейнстримом) люди считали авиацию самым опасным транспортом, поскольку чаще видели в СМИ новости о крушениях самолетов, чем о более будничных автомобильных авариях.

Мы пользуемся эвристикой доступности сплошь и рядом. Часто времени на изучение вопроса не так много, а решение принимать надо. В каком йогурте больше пробиотиков? Акции какой компании купить? Куда поехать отдыхать? В выборе мы часто ориентируемся на то, насколько "на слуху" название или явление.

Вероятность событий мы тоже оцениваем по тому, насколько легко и живо мы можем их припомнить. Человек, который недавно собственными глазами видел пожар, считает вероятность пожара более высокой, чем человек, который читал о нем в новостях. Вероятность умереть от сердечного приступа мы оцениваем по числу знакомых, с которыми это случалось. А в одном известном эксперименте людям зачитывали список перемешанных женских и мужских имен; тех и других было поровну, но в экспериментальной группе женские имена были именами известных личностей, а мужские - обычными именами. На вопрос о том, каких имен больше, участники отвечали, что женских - их легче было вспомнить.

Доступностью Канеман и Тверски объясняют и еще одну важную "ошибку" восприятия: иллюзорную корреляцию. В одном исследовании участникам показывали серию рисунков людей с клиническими диагнозами. Вместе с картинкой им сообщался диагноз. Затем их спрашивали, можно ли по каким-то признакам рисунка определить заболевание. Выяснилось, что люди видят гораздо более сильную связь между чертами рисунков (например, странно нарисованные глаза) и определенным диагнозом (например, паранойей), чем есть на самом деле: достаточно всего нескольких совпадений, и люди уверенно говорят, что паранойю можно диагностировать по тому, как нарисованы глаза (Chapman & Chapman, 1967). Авторы объясняют это тем, что связь между двумя явлениями бросается в глаза сильнее, чем отсутствие связи - потому и сама связь кажется сильнее, чем есть. Из этой особенности нашего мышления происходит, видимо, множество учений и верований, включая веру в проективные тесты или в то, что характер человека можно определить по дате рождения.

Кстати, обратите внимание, что я называю весь этот класс явлений "ошибками" в кавычках. Однажды мы поговорим и о более новом подходе к этому вопросу. Спойлер: современная психология считает все эти правила полезными и адаптивными и убедительно показывает, что в нормальных задачах, а не лабораторных, они бьют сложные алгоритмы принятия решений.

О третьем классе таких "ошибок" - в следующем посте.