50. после переизбрания путина я был назначен пионером, посланником от мира молодежи для какого-то древнего инаугурационного ритуала, в рамках которого мы с путиным залезли в лодку, отплыли вглубь волги, разделись догола и долго и величественно ссали — сначала просто в реку, а потом на том берегу материализовались вместо леса гигантские картины леса пера некого художника рождественского, и их мы тоже обоссали, утвердив таким образом нерушимый союз с природой

потом переместились уже в более формальную обстановку и в окружении других школьников обсуждали начала власти (то есть мы вдвоем общались под камерами, а одноклы слушали), и я вдруг зашел на минное смысловое поле, попытавшись диалектически объяснить истоки анти путинского мышления на примере какого-то сериала про герлсбенд типа тоталли спайс, где путин был одним из усатых злодеев (для непротиворечивости в ходе мысли пришлось просмотреть в сюжетной надстройке сна все 40 серий этого шоу). ему эта тема явно не понравилась, поэтому я быстро улизнул в концепцию, согласно которой любая система автономно стремится к упорядоченности, откуда следует, что и любое событие с точки зрения итоговых вихрей времени можно рассматривать как максимально справедливое из возможных (риски неизбежны, но итог неизбежнее, и математика не врет); при этом чем более событие комплексно и значимо с точки зрения влияния на остальные элементы системы (состоящей из сети систем), тем явнее выражается справедливость — исходя из этого, человек, приходящий к власти, и в самом деле богоизбран, а чем дольше сохраняется эта власть, чем более она крепнет, тем справедливей становится порядок вещей, в котором этот человек является держателем власти.

это путину зашло, он даже заулыбался, зарделся, потом погнал по своим делам, а я вернулся в класс, где меня поджидал тильт: вместо особых поручений, известий о моей почетной роли в администрации президента (после такого перформанса казалось бы), вручили какое-то ебучее тестовое задание на вступление в партию на роль шестерки, причем раздали его всему классу, и жирная одноклассница закричала «как же я разбираюсь в политике… а они — не очень». я в раздумьях побрел по коридорам, возле женского туалета висела табличка «трудные подростки закончились, дрочеров больше нет»