Вы приехали, совсем не зная русского языка. Как случилось, что вы стали читать на нём стихи и сами писать?
Это была необходимость. Когда я приехал, не знал почти ни слова — разве что «сливки» и «борщ». Помню, шёл по Невскому проспекту, слушал, как говорят люди, и слышал невероятную красоту. Слов я не понимал: речь звучала для меня как урчание воробушков. Я решил выучить язык.
Английский я знаю хорошо, но русский совсем другой — как будто что-то светящееся, драгоценное в шкатулке. Открываешь её, а там всё одновременно близко и далеко. К литературе я пришёл уже как-то сам собой.
Как именно вы входите в состояние медитации? Стараетесь ни о чём не думать?
Сначала принимаю холодный душ, делаю несколько асан, затем сажусь. Иногда практикую кундалини-йогу и дыхательные упражнения — пранаяму. После них бывает ощущение, будто находишься в огне. Потом пытаюсь отвлечься от тела и внешнего мира. Представляю, что сижу совершенно один на вершине горы, а вокруг море. Ничего не делаю, просто сижу.
Это трудно: сразу приходят разные мысли. Но я не ругаю себя за них, а наблюдаю как будто со стороны. Появилась мысль — хорошо, увидел её и иду дальше. Состояние, в котором мыслей уже нет, в этой традиции называют самадхи. После такого выйдешь из другого измерения со сверхспособностями: махнёшь рукой — и птица улетит.
Фото: Денис Лапшин / пресс-служба галереи а—с—т—р—а
🖤 Telegram | VK | MAX