«Современный человек охотно примет превосходящую ловкость машинных решений, не слишком задавая вопросов о мотивах и принципах за ними.» Норберт Винер
На прошлой неделе Трамп отменил подписание указа о регулировании ИИ незадолго до церемонии. Указ предусматривал обязательное предоставление информации о новых моделях правительству за 90 дней до выпуска. Звонок Маска или Цукерберга, вернувший Белый дом на траекторию агрессивного развития — детали ("Дональд мы проиграем китаю чертову гонку"). Важна логика: максимальные свободы для компаний на фронтире, весь побочный ущерб — приемлемые издержки, главное — технологическое превосходство США.
В это же самое время Министерство внутренней безопасности вместе с ФБР вводят новую категорию экстремизма— «антитехнологический насильственный», приравнивая неолуддитов к джихадистам. Разведка начинает мониторить Discord-серверы с anti-AI повесткой. Это происходит на фоне протестов против дата-центров уже в половине штатов, убийства CEO UnitedHealth в декабре — медиа моментально связали преступление с AI-автоматизацией страховых отказов — и выпускников, освистывающих лидеров технологических компаний на церемониях. Они понимают: выпускаются в мир, где найм джунов сократился на 40%. Уголовные дела против Зизиан — молодых программистов, буквально боявшихся что AI уничтожит человечество — логично завершают картину: страх перед машиной сам стал маркером угрозы.
Конфигурация сложилась: индустрия самодерегулируется сверху, несогласие криминализируется снизу. Пространство для независимой позиции сужается.
На этом фоне выходит энциклика Папы Льва XIV — Magnifica Humanitas, 42 000 слов. Осуждение «идолопоклонства прибыли». Примат милосердия над эффективностью. Крис Олах из Anthropic выступает в Ватикане и говорит прямо: лаборатории не могут регулировать себя сами. Это не антипрогрессистский манифест — это институциональный сигнал от людей, которые изнутри понимают масштаб происходящего.
Два континента. Два удара. Минаб и Старобельск — чудовищные преступления с одной механикой. Maven Smart System Palantir для целеуказания. Точность системы по открытым данным — 60% против 84% у человека-аналитика, скорость — на порядки выше. Распространение ошибки — от неточных исходных данных через ошибки интерпретации к преступным целям — тоже происходит быстрее. Чиновник или военный перестаёт проверять. Просто доверяет системе. Просто нажимает кнопку.
Машина не маньяк. Машина — индульгенция.
В энциклике Папа цитирует Толкина: «Не наше дело властвовать над всеми приливами мира, но делать то, что в наших силах, ради спасения тех лет, в которые мы поставлены, — выпалывая зло на той земле, которую знаем, чтобы те, кто придут после, могли возделывать чистую почву». Это не ответ луддитам и не ответ технофронтиру. Это отказ от ложного выбора между остановить и победить. И у меня нет слов лучше.