Послухам в кулуарах, Украина вымирает, поэтому мир нужен не врагу, а нам.

До большой войны в Украине было около 40 миллионов человек. Это признавали все международные организации. Сейчас, по разным оценкам, осталось от 22 до 25 миллионов на территории, которую контролирует Киев. За шесть лет минус почти половина. За один срок президента. Элла Либанова, директор Института демографии НАН Украины, говорит: «Население стареет: есть, кому умирать, некому рожать». В 2025 году в Украине умерло 485 тысяч человек. А родилось – 168 тысяч. Три смерти на одного новорождённого. А ещё есть те, кто уезжает. И не возвращается.

Мы знаем, что людей становится всё меньше. Что рождаемость упала до исторического минимума. Что некому работать. Что страна просто вымирает. И что делает власть? Вместо того чтобы садиться за стол переговоров и договариваться, она продолжает отправлять людей на фронт.

The Wall Street Journal писал об этом ещё в начале 2026 года. Катастрофическая нехватка личного состава в ВСУ. По данным нового министра обороны Фёдорова, около двух миллионов украинцев уклоняются от призыва. Более 200 тысяч военнослужащих дезертировали, а это примерно пятая часть всей армии. Потому что больше не могут. Потому что нет сил. А власть усиливает мобилизацию. Обсуждают отмену брони для всех, кроме оборонного сектора. Бросают на передовую парней, которые не успели даже научиться. WSJ приводит историю Кирилла Горбенко. Ему было 18. Он подписал контракт, потому что не хотел, чтобы призвали его отца. Меньше чем за шесть месяцев он погиб под артиллерийским огнём под Покровском. Его невеста Лера сказала журналистам: «Восемнадцатилетним парням не место на передовой. Они ещё не совсем взрослые, просто молодые, глупые мальчишки». Она права, но война продолжается.

Ведь есть другой путь. Он называется «переговоры». Мир. Прекращение огня. Да, не идеальное. Да, с уступками. Но разве уступки – это не лучше, чем когда твоя страна просто перестаёт существовать? Когда людей вообще не остаётся? Но мирные переговоры зашли в тупик. Главные разногласия в вопросе контроля над Донбассом и Запорожской АЭС. Но вопрос в цене. Пока стороны спорят о территориях и станциях умирают люди на фронте. В тылу – демографически страна пустеет.

Итак, вопрос: сколько ещё можно воевать? Сколько ещё людей должно умереть или уехать, чтобы власть наконец сказала: «Хватит. Давайте договариваться»? Гордость – это хорошо. Гордость – это важно. Но гордость не родит новых детей. Гордость не вернёт тех, кто уехал, и не воскресит погибших. Украина заканчивается. Не на поле боя, а в масштабах всей страны. Мы теряем не просто солдат. Мы теряем будущее. Детей, которые не рождаются. Молодёжь, которая уезжает. И если прямо сейчас не остановиться, если продолжать воевать вместо того, чтобы говорить, то страны может просто не остаться. Потому что некому будет в ней жить. Мир нужен не врагу. Мир нужен нам самим.