Вопросы прикладной эмпатии. Часть 2

Пожалуй, мало кто в восемь лет способен задуматься о последствиях своих поступков. Я не исключение. Но после несчастья с собакой как-то само собой пришло умение отрефлексировать вот это взрослое «а что, если…»

Когда бабушка навещала в больнице, я со стыдом спрашивал: как там Тюша? А бабушка рассказывала, что та ищет своего маленького человека по всей квартире. Просыпается рано утром и идёт проверять все углы, где я любил от неё прятаться. Места себе не находит.

Стыд, переживание, раскаяние; экстремумы этих эмоций в детском мозгу. Мир перевернулся.

Меня тогда впервые посетила мысль, что человек, даже вот такой мелкий и слабый, способен убить. И что нечаянное убийство — это очень, очень легко. Осознание сего потрясло до глубины души.

Так вот, к чему я это всё?
Нет, у меня не зоошиза: в квартире живут два кота и собака, и, я считаю, достаточно. Понимаю, что всех не спасёшь, понимаю, что всем не поможешь. Понимаю людей, которые боятся собак, которые сторонятся мохнатых зверей из-за аллергии. Понимаю людей, у которых рептилии и земноводные вызывают отвращение. Но не понимаю тех, кто животных искренне ненавидит или испытывает к ним какое-то демонстративное безразличие.

Убеждён в том, что в отношении человека к животным отражается его способность совершать бескорыстные поступки; это и лакмусовая бумажка обращения с беззащитными. Всё то, что живодёр способен сделать с бродячей псиной, он с радостью сделает и с человеком. Мешает ему уголовный кодекс, а может трусость и/или слабое тело. Как модно сейчас говорить, это редфлаг.

При этом я не защищаю безумцев, которые прикармливают стаи одичавших собак, а когда те рвут в клочки детей, говорят, «собачки плохих людей не кусают». Это тоже психопатия, но с другим вектором: не всеобщая, а антропоцентричная.

Как бы ни складывалась жизнь, всегда стоит стремиться к светлому чувству. Нужно жить с теми, кого любишь, или хотя бы любить тех, с кем живёшь.

Бог — это не поп и не храм. Бог есть любовь. Любите друг друга.

#БайкиИзДедства