этюды

***
на спиритическом сеансе вызываем
Пустоту
приманиваем на каплю крови
ждём

зеркало замерцало
размываются силуэты
комнату распирает
мы ждём ответа на единственное почему
заглядываем друг другу в глаза и рты

а там

Софья Дубровская

***
из-за стенки легко постучать
из-за стенки легко подглядеть
только стаю крикливых сверчат
через голову нужно надеть

на растëртой телами траве
отменëнная девушка-птица
в ней ветивер вопросы проел
и не думает остановиться

меж зубов у ребёнка во рту
подписали на случай бумагу
если жалоба я не могу
пусть страна остаётся имаго

ты держал меня в ямке плеча
и виска чтобы не целовали
и никак не хотел отвечать
где растёт уплотнëнный розарий

там ретривер в дощатую пасть
положил себе лапки настурций
и готовится в землю упасть
чтобы летом в июнь поперхнуться

***
у нас была игра
мы птицам отвечали
и ветками качали
до утра

ярок утренний снег
как снегирёва грудка
бел
как воронье крыло

птицы всё поют и летают
ты поёшь и летаешь

***
дерево
теплая темнота
сжатая до тонкой полоски
ширма за которой
другое время

настоящее светит так ярко

«Меня поражала в Парщикове свобода словоизъявления, если можно так выразиться. Особенно в письмах, что проявлялось все сильнее с годами, я пытался этому учиться – не всегда успешно. В начале 80-х Алеша спросил меня: "А ты создал какую-нибудь утопию?". "Утопия" всегда стереотипно воспринималась мной как нечто нереальное, чем серьезные люди не занимаются. Вопрос о поэтической утопии стал для меня проблемой, о ней я думал с тех пор постоянно. Здесь видится особый способ структурирования будущего – определенный и в чем-то даже жесткий (но и завораживающий), который способен воздействовать и на настоящее. Разработка своей утопии занимала Алешу, что принимало разные формы в различные времена, – без осознания этого он не будет понят...»
– Владимир Аристов, из интервью в новом номере журнала «Волга» (беседовал Владимир Коркунов)

Всем советую задуматься о своей утопии. Чем быстрее, тем лучше. Я вот уже давно только о ней и думаю.


«О своей поэзии Аркадий [Драгомощенко] сказал, что он пытается создать некий мир – мир, который и является и не является нашим миром»
– Лин Хеджинян, из выступления в рамках заключительных мероприятий Премии Аркадия Драгомощенко (2020, пер. Ивана Соколова)

Всем советую задуматься о мире, который и является, и не является нашим миром. Чем быстрее, тем лучше. Я вот уже давно только о нём и думаю.

*
Зима сопротивляется записи, морозит руки: все, что нужно, донеси в уме.
*
Даже лес пронизывают отголоски. Белое небо гудит, я и ищу глазами самолёт. Когда гул заполняет воздух и раздается пронзительный гудок, вдруг узнаю поезд. Летний лес скрывает близость станции белым шумом, зимний лес сам становится вокзалом звука.
*
Еловым лапам тяжело.
*
Ненадолго воцарилась тишина, легла на ветки, в узоры ар-нуво. Треньканье синицы в полете. Лёгкое смещение, наклон головы — открылась глубина пейзажа: молчит овраг, убегающий от глаз в свою темную синеву, молчит белое небо.
*
Лежу в снегу: в очках всё белым-бело, а сниму — и на белом небе проступают рельсы проводов.
Вот и поезд. Это за мной.

Ее работы

Хильма аф Клинт

Если загуглить “абстрактное искусство”, то можно прочитать “Абстракционизм как направление живописи появился в 1910 году, когда русский художник и теоретик изобразительного искусства Василий Кандинский написал свою первую абстрактную акварель.”

Однако за много лет до этого шведская художница Хильма аф Клинт уже активно работала в жанре абстракции. 

Хильма увлекалась теософией, работами Блаватской и естественными науками. С ранних лет она зарабатывала на продаже своих картин, обеспечивая себе независимость, что для женщины в 1800х годах не было распространено. Хильма общалась с духами, и именно они сказали ей нарисовать “картины для храма” - первую серию абстрактных работ. Первую как для художницы, так и для мира - серия была создана за 5 лет до первых абстрактных работ Кандинского. В работах Хильмы прослеживаются переплетения духовного, природного и космического. 

Хильма жила в Шведской глуши, не крутилась в “модных и прогрессивных” кругах современных художников. Она создала сотни абстрактных картин огромного размера, но в отличие от общеизвестных художников-пионеров абстракционизма, известность к ней пришла не при жизни. Частично, это было то, чего она сама хотела-  она всегда понимала, что ее картины опережают ее временя, и в завещании она попросила не показывать ее работы никому следующие 50 лет. 

Хильма всю жизнь, до глубокой старости, прожила с любимой женщиной, занимаясь любимым делом - искусством. Исключительная для художника-гения биография полная спокойного творческого постоянства.