Рекордные компенсации за скот: 304 рубля за килограмм живого веса и 15 тысяч на семью. Так закончилась наша поездка в Иркутскую область.

Несколько дней назад мы со Стасом Санкеевым, директором ассоциации «Народный фермер», вылетели в Приангарье. Цель простая: разобраться на месте и сделать всё, чтобы хозяйства сохранились.

Что там происходит?
Эпидемия действительно есть — мы сами видели больных животных. Скот действительно изымают. Очаг небольшой, три деревни. Но масштаб здесь ничего не меняет: изъятие коров — это всегда трагедия. Для семьи, у которой забирают со двора корову, это не «локальный очаг», а горе.

Позиция губернатора — абсолютно вменяемая. Игорь Кобзев нашёл возможность платить примерно в полтора раза выше текущей рыночной цены, а первые деньги уже пошли на счета. И сам почти каждый день приезжает в пострадавшие сёла.

Мы поговорили с людьми. Они не чувствуют себя обиженными, а хозяйства планируют сохранять и восстанавливать.

Коров жалко до слез. Но эту историю мы
проходим вместе — и проходим по-человечески.