Голуби и собаки.

Там сверху голуби летят
Не сразу взгляд их замечает:
Сначала свет, затем крыло,
Потом как небо их вмещает.

Они скользят по высоте,
Где звук почти не существует,
Где город кажется чужим
И сам себя уже не чует.

Им не знакома эта пыль,
Что липнет к мыслям и ладоням,
Им не знакомо слово “ждать”
Под чьим-то вечным словом "помни".

Их мир без линий и границ,
Без “надо”, “должен” и “придётся”
И кажется: живи, дыши,
И ничего не разобьётся.

А снизу сдавленный квартал,
Асфальт, прожжённый теми днями...
Там бегают, срываясь в лай,
Собаки с острыми зубами.

Они толкаются плечом,
Как будто делят чьё-то место,
И в каждом взгляде быстрый счёт,
Холодный, точный и нечестный.

Они рычат и в этом рёве
Порой проскальзывает слово,
Как будто каждый что-то ждёт...
Но не умеет ждать другого.

И я смотрю на них и мне
Становится почти противно:
Мы все похожи до костей,
Но рвём друг друга так активно.

Зачем вгрызаться, если мы
И так к земле одной прибиты?
Зачем так яростно делить
То, что и так уже разбито?

“Как же я их ненавижу..." —
Срывается почти беззвучно.
И в тот же миг внутри меня
Становится до боли душно.

И страшно не от их клыков,
Не от рывков и не от криков...
А от того, что я такой же,
До каждой мысли. До инстинкта.

Я тоже злюсь. Я тоже рву.
Я тоже мыслю “выжить — значит”,
И каждый мой спокойный шаг
Ничем от их шагов не значим.

И я стою на рубеже:
Но нет уже ни “выше”, “ниже”:
Я поднимаю взгляд наверх
И больше ничего не вижу.

Там всё ещё летят они...
Спокойно, тихо, равнодушно.
А я внизу. Среди своих.
И это правильно. И душно.