освобождение

хвостом закрыли глазки выжившие лисы
и затаились с верой во спасенье.
Освенцим стал какой-то живописный –
на небе видится от кармы просветленье,
вновь зацвели сады озлобленных цветочков,
послышались и птиц небесных голоса.
все жители готовились на раз поставить точку,
но почему-то здесь зимой пришла весна.

да, прямо здесь, в убежище страданий
и горьких слов, где вяжутся стихи.
Освенцим – больше не пристанище скитаний,
здесь более не слышится: "беги",
замолк и колкий голос Херувима,
открывшего на многое глаза.

всё стало до безумия неисправимо
иль нам не нужно будущего знать?

конечно, знаем, воспылает пепелище,
криков средь не будет жизни для истом
и смерть протянет снова гадкие ручищи,
но точно не сейчас,
а как-нибудь

потом.

21.12.22.
- молчу кричу