ТЫ ЕГО ХОЧЕШЬ. А теперь объясни почему.
— Ты его хочешь?
— Да.
— А почему?
— Не знаю.
— В смысле «не знаю»?
И вот здесь обычно начинается самое интересное.
Потому что «не знаю» сегодня звучит почти как признание в недостаточном развитии.
Надо знать.
Почему именно он.
Почему именно такой тип мужчин.
Почему именно сейчас.
Что тебя в нём зацепило.
Это из детства?
Это про власть?
Про безопасность?
Про недоступность?
Про сексуальность?
Про отца?
В конце разговора желательно иметь не мужчину, который тебе нравится, а презентацию на восемнадцать слайдов о причинах этого выбора.🥰
Причём желательно с выводами.
Я немного утрирую.
Но только немного.
Мы привыкли, что если какое-то чувство действительно наше, мы должны уметь его объяснить.
Особенно сексуальное.
Кого ты хочешь.
Что тебя возбуждает.
Какие у тебя фантазии.
Какой у тебя опыт.
Какая у тебя ориентация.
Что именно тебе нравится.
И однажды совершенно незаметно возникает странная мысль:
если я правильно всё назову, я наконец пойму, кто я.
Вот здесь мне вспоминается Фуко.
Он вообще очень любил смотреть туда, где человеку кажется, что он просто рассказывает правду о себе.
Потому что история сексуальности для него — это не только история запретов.
Это ещё и история того, как сексуальность постепенно стала местом, где человек должен производить правду о себе.
Рассказать.
Признаться.
Объяснить.
Назвать.
Распознать.
И желательно не ошибиться.
Интересно, что раньше человеку могли сказать:
«Не говори об этом».
А теперь ему говорят:
«Расскажи, что это значит».
Разница вроде небольшая.
А человек между тем уже сидит и думает:
«Так. Что же именно говорит обо мне тот факт, что мне нравится этот человек?»
И вот тут я бы остановилась.
Потому что иногда человек не столько узнаёт себя через желание, сколько начинает подгонять желание под уже существующее представление о себе.🥰
Мне нравятся такие мужчины — значит, я такая.
Мне нравится такое — значит, у меня вот это.
Мне не нравится секс — значит, со мной что-то произошло.
Мне нравится секс — значит, я должна понимать, какой именно.
Мне пятьдесят — значит, пора пересмотреть отношение к сексу.
А если не хочется пересматривать?
Тоже странно.
В общем, сексуальность постепенно превращается в очень трудолюбивого сотрудника отдела кадров.
Она должна сообщить о человеке всё.
Кто он.
Какой он.
Почему он такой.
И куда его теперь правильно определить.
А иногда мне кажется, что желание вообще не обязано быть таким разговорчивым.
Можно хотеть человека и не знать почему.
Можно не хотеть и тоже не иметь объяснительной.
Можно изменить желание.
Можно передумать.
Можно вообще не давать ему названия.
И это не обязательно означает, что человек чего-то о себе «не понял».
Возможно, он просто оставил себе кусок жизни, который не стал переводить на язык чужих определений.
И тогда возникает гораздо более интересный вопрос.
Не:
«Что моя сексуальность говорит обо мне?»
А:
«Почему мне так необходимо, чтобы она что-нибудь обо мне сказала?»
Вот этот вопрос я бы не спешила закрывать.
Пусть немного поживёт.