«Осетия» публикует социальный плакат на осетинском языке. Отличная практика, полностью поддерживаю. Всё вроде правильно (ошибок не вижу), но все же написанное иллюстрирует, что даже у осетиноговорящих теряется «чувство языка»*. ИМХО, было бы правильнее написать тут не нейтральное «экстремизмæн — нæ», а безапелляционное «экстремизмæн — нагъ». Конечная «гъ» здесь означает звук, отдельно в осетинском не обозначаемый (в силу редкости)**. Филолог Л. Гацалова пишет:

«Характерным приемом для выражения экспрессивно-эмоциональных оттенков является прибавление к словам дополнительных звуков. Например, слово нæ „нет“ при эмоциональном произношении меняет свою стилистическую нейтральность на отрицательно-негативную, когда гласный /æ/ заменяется гласным /а/ и, для еще большего усиления эмоционально-экспрессивной окрашенности, — в конце слова прибавляется гортанный придыхательный согласный, которого нет ни в одном другом слове осетинского языка, орфографически — нагъ».

В одном не согласен с уважаемой Ларисой Борисовной — в том, что «звука нет ни в одном другом слове». Я предполагаю, что в осетинском есть не только «эмоционально-экспрессивно окрашенное» отрицание, но и такое же утверждение — «гъо» («да»). Не будучи языковедом, не могу в пользу сказанного привести какое-то научное обоснование, могу лишь сослаться, как обычно, на узус старшего поколения моей семьи. Правда, КМК, я в этом предположении не одинок. Вот отрывок (с 1:03:54) из «Мæ усы мад», хорошо иллюстрирующий разницу между нейтральным «о» и категоричным «гъо». В том же спектакле, по моему мнению, явление даже акцентированно обыгрывается (28:08). Что интересно, и сегодня, в разных текстах, осетинское «да» пишется и как «о», и как «гъо».
____
*Сказанное отношу и к себе самому.
**Если бы звук обозначался, то не было бы путаницы слова «нагъ» с его омографами «нагъ» («часть великолепной сбруи коня, на котором покойнику предстоит въехать в царство мертвых») и «нагъ» («мякоть(?)»), произносящимися традиционно. К счастью, это редкие слова — см. Абаев, т. II, стр. 149–150