Искал кое-что на старом канале и набрел на свои посты, написанные на рубеже 2015–2016 гг. По-моему, не сильно устарело.

10-го ноября жители сёл Правобережного района устроили пикет перед домом правительства с требованием «вернуть им бывшие колхозные земли», а 13-го ноября с похожими требованиями пикетировали жители Кадгарона. Так что происходит? Дело в том, наложились друг на друга два процесса: с одной стороны относительный «успех» первого митинга стал триггером для остальных, а с другой, новая власть громогласно объявила войну осетинским «неоалдарам». Так называют крупных земельных арендаторов, получающих доход за предоставление субаренды. Ситуация такова, что арендатор платит за аренду, скажем, 1000 р. за гектар, а сдаёт её за 6000 р. Сдаёт кому? Как правило, простым сельским жителям, которые жили и работали на этой земле ещё до появления «алдара». Итого у новоявленного рантье 5000 рублей из воздуха (точнее из карманов сельчан) в месяц за гектар, а таких гектаров могут быть сотни и сотни. В итоге богатые становятся богаче, а бедные — беднее. Земля в деиндустриализированной Осетии сейчас главная ценность, и чтобы найти этих крупных землевладельцев Вячеславу Битарову далеко ходить не надо. Достаточно побродить по коридорам Серого дома и немного потрясти его обитателей. Вообще удивительно, как дискурс 2015 г. напоминает дискурс столетней давности. «Рантье», «земельный вопрос», «алдары» и т.д. — это же все лексика предреволюционного 1915 г. Неужели, республика деградировала настолько, что откат назад можно уже считать в столетиях? (14 ноября 2015).